Вершины Каменного Пояса: Названия гор Южного Урала

clip_image001

Южный Урал (56°00′ с. ш. — 51°00′)

К Южному Уралу относят часть Уральской горной страны между широтным участком верхнего течения реки Уфы и широтным участком течения реки Урал между Орском и Оренбургом. Общая длина хребтов Южного Урала — более 550 км. В широтном направлении Южный Урал между Ишимбаем и Магнитогорском достигает 200 км. Это обширная горная страна, хребты которой в ее северной части между Уфой и Инзером идут в общем направлении с СВ на ЮЗ, а в южной части между Инзером и Белой — в меридиональном направлении. На СЗ к Южному Уралу примыкает Уфимское плато (Уфимское плоскогорье), получившее название по реке Уфа, ограничивающей это плато с запада (наиболее значительная вершина — гора Голая, по-башкирски Таз-Тубэ — «Лысый холм»). К югу от долины Белой горы Южного Урала становятся значительно ниже и переходят между реками Большой Ик и Сакмара в обширное Зилаирское плато. Однако и в этой части Южного Урала есть хребты с вершинами более 600 м, например, Дзяу-Тюбе — меридиональный хребет, примыкающий с Ю к Зилаирскому плато. Оканчивается Южный Урал невысокими Губерлинскими горами, которые соединяют собственно Урал с Мугоджарами. С ЮЗ к хребтам Южного Урала примыкают возвышенности Общего Сырта. Южнее между реками Урал и Илек находится Илекское плато, а на ЮВ — Урало-Тобольское плато.

Горы Южного Урала довольно высоки, самая значительная — Яман-Тау (1640 м).

Орографическая система Южного Урала отличается очень большой сложностью. Чтобы более или менее последовательно представить оронимический материал, его пришлось разделить на девять регионов, лишь отчасти учитывающих орографическое членение: западная часть от широтного участка верхнего течения Уфы до устья реки Сим, включая предгорья, горы от верховий реки Куса до широтного участка нижнего течения Инзера, горы между широтным участком верхнего течения Уфы и широтным участком верхнего течения реки Ай, горы между широтным участком верхнего течения реки Ай и участками верхнего течения Большого Инзера и Белой приблизительно по 54° с. ш. (западные хребты), горы между широтным участком верхнего течения реки Ай и участками верхнего течения Большого Инзера и Белой приблизительно по 54° с. ш. (восточные хребты и Белорецкое поднятие), западная часть к югу от широтного участка нижнего течения Инзера до широтного участка среднего течения Белой приблизительно по 54° с. ш., включая предгорья, горы между участками верхнего течения Большого Инзера и Белой приблизительно по 54° с. ш. до широтного участка течения Белой приблизительно по 53° с. ш., восточная часть (Урал-Тау, Ирендык и восточные предгорья), горы южнее широтного участка реки Белая и примыкающие к ним возвышенности.

На территории Южного Урала находятся восточная часть Башкирской АССР, западные районы Челябинской области и горная часть Оренбургской области.

Оронимия Южного Урала в основном тюркского происхождения: это прежде всего башкирские названия, среди которых встречаются вкрапления татарской оронимии, особенно заметные в районе Златоуста. На крайнем юге и юго-востоке на смену башкирским названиям приходят казахские. Во многих случаях башкирские названия хребтов и гор выступают в письменных источниках и на картах в татаризированной форме, поскольку в старину они обычно записывались из уст грамотеев — старост и священнослужителей, среди которых было много татар.

Русских названий гор много в Челябинской области, где они в некоторых местах встречаются чаще тюркских.

Западная часть от широтного участка верхнего течения Уфы до устья реки Сим, включая предгорья

Кальян, вытянутый с ССВ на ЮЮЗ хребет около 20 км длиной между Уфой и ее левым притоком рекой Суроям (к ЮЗ от города Нижний Уфалей). Наивысшая отметка — 750 м.

Точно соответствует башкирскому кальян — «особая сумка для стрел», род колчана, который некогда употреблялся башкирскими воинами. Возможно, название этой куполообразной вершины представляет собой яркую метафору (ср. Машак).

Татарское кальян — «род курительной трубки» подходит гораздо меньше.

Захарова Шишка, гора на правом берегу реки Ураим в 20 км к 3 от вершины хребта Кальян.

Сочетание русского календарного имени Захар с широко распространенным на Южном Урале географическим термином шишка — «конусообразная гора», «островерхая гора». Топонимов, в которые входит этот географический термин, на Южном Урале очень много: Высокая Шишка, Голая Шишка, Куткурские Шишки и т. п. Географический термин возник в результате развития вторичного метафорического значения у слова шишка в его обычном смысле. Это заметил еще П. С. Паллас, который упоминает коническую гору около Симского завода, «кою жители по подобию и назвали Шишка».

Зотова, небольшой хребет в 4 км к 3 от Захаровой Шишки близ железнодорожной станции Ункурда. От русской фамилии Зотов или непосредственно от имени Зот, производного от ныне практически неупотребляемого календарного имени Изот.

Данькова, наиболее значительная вершина на хребте Зотова. От русской фамилии Даньков или непосредственно от личного имени Данько, производного от календарных имен Даниил и Донат.

Азям, меридиональный хребет в верховьях реки Большой Ик, правого притока Ая, к Ю от станции Ункурда. В южной части хребта берет начало река Азям, правый приток Большой Арши (бассейн Ая). Не хребте вершины — Голая, Азям (Азям-Тау) и др.

Поскольку многие названия гор в этих местах (Кальян, Ак-Кашка и пр.), а также рек (Аллаелга, Васъелга) тюркского происхождения, нецелесообразно связывать ороним с устаревшим русским словом азям («мужская верхняя одежда с длинными рукавами»), хотя это слово заимствовано из тюркских языков (азербайджанское Аджам — «Персия», усвоенное, в свою очередь, из арабского). Скорее, здесь башкирское эзэм, татарское адэм, эдэм — «человек», «Адам». Арабское Адам, заимствованное из древнееврейского — хорошо известное мусульманское имя. Местное население подтверждает эту этимологию.

Трудно сказать, что первично — ороним или гидроним.

Маяк-Тау, гора к ЮВ от хребта Азям в 30 км к С от города Куса. Гибридный ороним, состоящий из русского по происхождению слова маяк и тюркского орографического термина тау, т. е. «Маячная гора». Названия Маяк-Тау, Маяк, Маячная в оронимии Южного Урала встречаются очень часто. О значении оронима см. Маяк (Приполярный Урал).

Беркут-Тау, гора к Ю от Маяк-Тау. Башкирское бюркют, татарское бюркет — «орел», тау — «гора», т. е. «Орлиная гора». См. также Беркут.

Модер-Тау, гора к ЮЗ от хребта Азям в верховьях реки Большой Ик. Башкирское модир — «управляющий», «заведующий», тау — «гора».

Фазулова, гора к 3 от хребта Азям. От тюркского антропонима арабского происхождения Фазлулла, Фай-зулла — «Милость аллаха». Название зафиксировано в русской форме, осложненной суффиксом «ов». В основе может быть как личное имя, так и фамилия.

Сарыяк, горы между верховьями реки Большой Ик и рекой Ай к ЮЗ от хребта Азям.

На старых картах встречается написание Сары-як, поэтому наиболее вероятно сравнение с башкирским и татарским сары — «желтый», як — «сторона», «край», «местность», то есть «Желтая сторона», «Желтая местность». Очевидно, «цветовое» наименование, ср. название близлежащей горы Ак-Кашка.

Местные жители подтверждают это толкование, добавляя, что на горах Сарыяк растут лиственные леса, которые осенью желтеют.

Ак-Кашка, гора (779 м) на правобережье реки Большая Арша, примыкающая с В к группе гор Сарыяк. В переводе с башкирского и татарского языков «Белое пятно», «Белая лысина».

Кашка-Тау, гора в южной части гор Сарыяк (8 км к ЮЗ от горы Ак-Кашка). Башкирское кашка — «пятно», «лысина», «полоса (на лбу животного)», т. е. Кашка-Тау — «Гора с пятном», «Гора с лысиной». Местное население переводит «Голая гора».

Сакма-Тау, гора на правобережье реки Ай в 21 км к ЮЗ от горы Кашка-Тау. В башкирском языке сакма — «огниво», «кремень», таким образом, Сакма-Тау — «Огнивная гора», «Кремневая гора». Видимо, гора сложена породами, которые раньше использовались для изготовления огнив.

Яшиль-Тюбе, по-башкирски Йэшел-Тубэ, гора в 14 км на ЮЮЗ от села Новобелокатай и примерно в 25 км на 3 от северного конца гор Сарыяк По-башкирски тубэ — «холм», йэшел — «зеленый», т е «Зеленый холм»

Большой Мунчуг, гора на правобережье Ая в 35 км от села Новобелокатай В «Словаре топонимов Башкирской АССР» приводится башкирская форма названия Мунсак, которая сопоставляется со словом мунсак — «ожерелье». Вероятно, метафора

Караул-Тау, гора в 20 км к ЮЗ от села Новобелокатай

Относится к числу многочисленных «Караульных гор», которых много как в русской, так и в тюркской оронимии Одинаковое звучание объясняется тем, что русское слово караул заимствовано из тюркских языков (в башкирском — карауыл) На Южном Урале есть и другие Караул-Тау, а также гора Солейман-Караул — «Сулейманов караул», река Калмак-Караул — «Калмыцкий Караул» и т п. Не все из этих названий связаны, однако, с караулоными заставами Наблюдение за местностью, лесными пожарами и многое другое было причиной широкого распространения «караульной» топонимии.

Ак-Тау, гора в 5 км на ЗЮЗ от Караул-Тау и в 24 км на ЮЗ от села Новобелокатай. Башкирское ак — «белый» Значит, Ак-Тау — «Белая гора». Таких названий в Башкирии очень много.

Туй-Тюбе (Туй-Тюбя), возвышенность на правобережье реки Аи Протянулась почти на 20 км с СВ на ЮЗ между рекой Шулемка и селом Еланлино Башкирское туй — «свадьба», «пир», тубэ — «вершина», «холм», то есть «Свадебная (пиршественная) вершина» Местные жители рассказывают, что на этой возвышенности справлялись башкирские свадьбы

Буз-Арка, гора на возвышенности Туй-Тюбе в 7 км к В от села Еланлино. Башкирское буз — «серый», «сизый», арка — «хребет», т е «Серый (сизый) хребет».

Буз-Ат, гора на правобережье реки Ай в 1 км к ЮВ от села Верхние Киги Башкирское буз — «серый», ат — «лошадь», т. е «Серая лошадь».

Ласын-Таш-Тау, гора на левом берегу Ая выше села Лаклы. Башкирское ыласын (диалектное ласын — «сокол»), т. е. Ласын-Таш — «Соколиный Камень», Ла-сын-Таш-Тау — «Гора Соколиного Камня» Здесь на берегу реки находится скала Ласын-Таш

Яман-Тау, хребет на левом берегу реки Ай к югу от села Лаклы Башкирское яман — «дурной», «плохой», т. е. Яман-Тау — «Дурная гора». Таких названий на территории Башкирии очень много Местные жители говорят, что эта гора высока и поэтому на нее трудно подниматься На самом деле она не очень высокая, но зато крутая. Это, видимо, и послужило причиной наименования. Иногда указывают, что «оттуда выходят дожди».

Баш-Таш, хребет в междуречье рек Ай и Юрюзань между Яман-Тау и железнодорожной станцией Вязовая. В переводе с башкирского — «Голова-Камень», «Главный Камень» (башкирское баш — «голова», «главный», таш — «камень»)

В Башкирской АССР есть еще несколько оронимов Баш-Таш.

По Н. И. Шувалову, вершина этого хребта называется Кугряк-Таш — «Синеватая гора» (ср татарское ку-гэрек — «синяк», башкирское кугэреу — «синеть»)

Саган, гора, примыкающая с ЮВ к хребту Баш-Таш. Башкирское саган — «клен». Полная форма, видимо, Саган-Тау, или Саган-Таш — «Кленовая гора». На ее склонах берет начало Саган-Елга — «Кленовая река» (бассейн Ая). Неизвестно, что первично — река или гора.

Арка-Тау, гора в 5 км на ЮЮВ от горы Саган (в 5 км к С от железнодорожной станции Тюбеляс). В переводе с башкирского «Хребтовая гора» (арка — «хребет»).

Медведь-гора (Медведь), гора на правом берегу реки Юрюзань выше города Усть-Катав. Русское название — калька башкирского Айыу-Тау — «Медведь-гора» (айыу — «медведь»).

Янган-Тау, гора на правом берегу реки Юрюзань ниже поселка Комсомол в 35 км на ССВ от железнодорожной станции Кропачево. По-башкирски янган — «горелый», «горевший», тау — «гора», т. е. «Горелая гора», «Горевшая гора» (переводят и «Горящая гора»). Местное русское название — Теплая гора.

Над этой горой и теперь клубится горячий пар — следствие пожара пропитанных нефтью горных пород (битуминозных мергелей), который, по данным П С. Палласа, начался от удара молнии еще в середине XVIII столетия, «по сказкам около живущих старожилых башкирцев, ударил гром в большую сосну … изжег оную даже и с самым корнем. Пламя сие сообщилось горе, и с того времени горит она внутри беспрестанно»

Есть, однако, и совершенно иное объяснение, которое мы находим в одном из туристских путеводителей по Башкирии: «Загадка Янган-Тау разгадана сравнительно недавно Оказалось, что гора сложена из битуминозных сланцев, медленно окисляющихся под действием проникающего в гору воздуха. При окислении выделяется много тепла. Горячие газы (до 75°) поднимаются по трещинам вверх и выделяются в атмосферу».

По сообщению Г. В. Вахрушева, эта гора до начала пожара называлась Каракуш-Тау (Беркутова гора), и что ее именуют «Горелой» (Янган-Тау), а не «Горящей» (Янгын-Тау) потому, что очаги горения со временем все глубже уходят в гору.

Башкиры рассказывают легенду, что в незапамятные времена, когда люди еще не знали огня, сошел с неба огонь на Янган-Тау, и люди разнесли его отсюда по всей земле

Кара-Тау, горный хребет широтного направления (длина — 60 км) между реками Сим и Юрюзань, к СВ от станции Кропачево По-башкирски кара — «черный», т. е Кара-Тау — «Черный хребет», «Черные горы» Так называют сравнительно невысокие горы, доверху покрытые темным хвойным лесом По другой версии, на северные склоны этого хребта редко заглядывает солнце, поэтому они всегда в тени, что послужило причиной появления названия Кара-Тау — «Черные горы»

Название Кара-Тау часто встречается в тюркской оронимии. это имя носит несколько башкирских гор, есть такие горы в Мугоджарах, на полуострове Мангышлак и на северо-западе Тянь-Шаня (Казахская ССР).

Урман-Тау, покрытая густыми лесами часть Уфимского плоскогорья, находящаяся между Кара-Тау и нижним течением реки Юрюзань. Башкирское урман — «лес», Урман-Тау — «Лесные горы».

Высокашка, гора на правобережье реки Сим к СВ от города Миньяр. Скорее всего, от русского высокашка, которое не засвидетельствовано в словарях, но явно образовано от высокий, ср. русское диалектное слово высокарь — «тонкий высокий лес», высокуша — «очень рослый, высокий человек» и т. п. Этот ороним может оказаться и чисто топонимическим образованием, не имеющим прямых соответствий в диалектной лексике.

Аджигардак (Ажигардак), хребет на левом берегу реки Сим к ЮЗ от города Миньяр. В некоторых источниках встречается вариант Джигардак. В «Материалах по истории Башкирской АССР» под 1762 г., находим гору Зигердяк, возможно, тот же Аджигардак. Формы Джигардак, Зигердяк скорее всего возникли на русской почве, так как начальный слог в тюркизмах русские произносят значительно слабее конечного, на который падает ударение.

Ороним из современного башкирского языка сколько-нибудь убедительно не толкуется. Возможно, что его надо членить не Аджигар + дак (ср- древнетюркское таг — «гора»), а Аджиг + ардак, рассматривая вторую часть как географический термин (подробнее см. Зильмердак). Значение первой части столь же проблематично.

Интересно, что П. С. Паллас называет Аджигардак — Джиггер-тау. Эта форма, казалось бы, говорит в пользу членения Аджигар + дак, поскольку тау — башкирский географический термин со значением «гора», но единичный случай можно рассматривать и как народную этимологию.

Баскак, хребет в 10 км к ЗСЗ от верховья реки Сим и в 25 км к ЮЮВ от хребта Аджигардак. В башкирском и татарском языках некогда существовало слово баскак — «ханский сборщик дани». Причина наименования неизвестна, но названия гор и скал типа Боярин, Полковник, Протопоп и т. п. распространены достаточно широко, Ороним, вероятно, является тюркизмом, но он мог возникнуть и в русском языке, так как слово баскак в старину проникло из тюркских языков в русский.

Бахмур, гора в верховье реки Атя к 3 от хребта Баскак. Название образовано от русского диалектного слова бахмурный — «пасмурный», «хмурый», т. е. Бахмур — «Хмурая гора». По-башкирски эта гора называется Ара-Тау — «Промежуточная гора».

Большой Куюк, гора в 3 км к Ю от горы Бахмур. С ЮВ к ней примыкает гора Малый Куюк. В башкирском языке кюйук -«гарь», «горелый». Местные жители поясняют, что на горе Большой Куюк трава регулярно выгорает на солнце.

Шакал, гора близ южной оконечности хребта Баскак. Измененное на русской почве башкирско-татарское название Сакалтай — «Бородач», «Бородатый». Видимо, метафора.

Черный, меридиональный хребет к ЮЮЗ от горы Шакал в междуречье реки Лемеза и ее правого притока реки Бедярыш. По-башкирски Кара-Арка — «Черный хребет», в устной речи Карака и Крака, откуда встречающаяся иногда картографическая форма Крака. Засвидетельствовано следующее пояснение: «Черная гора, потому что лес там хвойный, вот и кажется гора черной».

Другого происхождения название гор Крака в юго-восточной Башкирии (см. Крака).

Большой Касык, гора к 3 от северной оконечности хребта Черный. Находится в верховьях реки Кысык (башкирское кысык-«узкий»), по которой и названа.

Яш-Куз, гора в 8 км к ЮЗ от горы Большой Кысык. В башкирском языке куз — «глаз», йэш — «молодой» и «слеза». Соответственно местное население толкует как «Молодой глаз», так и «Глаз со слезами». Причина наименования не установлена. На картах встречается ошибочная форма Яшкурт.

Ак-Куян, гора в 6 км к СЗ от горы Яш-Куз. В переводе с башкирского «Белый заяц». Местные жители утверждают, что на этой горе снег рано появляется и поздно сходит. Картографическая форма — Куян.

Кашка-Тау, гора в 5 км к ЮЗ от горы Ак-Куян. По-башкирски кашка — «лысина», а также «белое пятно на лбу (у животных)». Значит, Кашка-Тау — «Лысая гора», «Гора с пятном».

Бака (Бака-Тау), гора на правобережье реки Лемеза в. 30 км к 3 от хребта Баскак. По материалам топонимической экспедиции 1988 г., в основе названия башкирское слово бэкэ — «перочинный нож», «бритва». Старожилы рассказывают, что на этой горе старик потерял нож. Не исключено, однако, что здесь метафора.

Ману, хребет на левобережье Сима между низовьями Лемезы и Инзера в 20 км к ЮЗ от горы Бака.

В некоторых источниках приводится башкирская форма этого названия Маныу. Ее можно перевести «Макнуть», «Красить», «Макание», «Крашение». С точки зрения структуры тюркских языков, в таком топониме ничего необычного нет. Причина наименования, однако, неизвестна.

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» анализируется только название села Манагора, которое находится на восточном склоне хребта Ману. Топоним Манагора рассматривается как дословный перевод башкирского Мана-Тау, возможно, означающего в переводе «Караульная гора».

В селе Манагора живут русские. Местное башкирское население рассказывает любопытную легенду о том, что их предки, продав эту землю, сказали русским переселенцам: «вот (мына) гора, живите, обрабатывайте». В звуковом отношении такое объяснение неприемлемо. Здесь явная народная этимология.

Горы от верховий реки Куса до широтного участка нижнего течения Инзера

Тура-Таш, гора (828 м) в верховьях реки Большая Арша в 10 км к 3 от истока реки Куса. В источниках также Туроташ, Тораташ, Тараташ, Таранташ, Караташ. На вершине этой крутой горы много скал. Местное тюркское население переводит «Стоячий Камень», «Прямой Камень» (башкирское тора — «стоячий»). Следует, однако, иметь в виду, что башкирское и татарское слово тораташ означает «идол», «истукан», а собиратель башкирского фольклора А. Г. Бессонов приводит любопытные этнографические данные: «Так называются камни, похожие формой на человека или на какое-нибудь животное. Существуют у башкир, татар и мещеряков легенды о том, как бог превратил людей (именно русских) за грехи (за кощунство над могилами магометанских святых) в камни».

Таким образом, башкирское Тора-Таш в сущности тождественно мансийскому Пупыг-Нер — «Камень идолов» и может являться косвенным отражением древних языческих верований.

По Н. И. Шувалову, Тура-Таш — «Прямая гора» (башкирское тура — «прямой»), т. е. «Гора, расположенная прямо, без изгибов», но у горы две вершины, поэтому ее очень трудно считать прямой.

В Башкирии есть несколько гор с названием Тора-Таш (Тура-Таш). Гора Тора-Таш на хребте Ирендык также замечательна причудливыми скалами.

Радошная, гора на левом берегу реки Большая Арша в 3 км к Ю от горы Тура-Таш. Картографическая форма — Радашная.

Название горы связано с русскими диалектными словами: радошный — «тот, кто радуется», радошница — «родительский день», «день поминовения» (ср. Помяненный Камень на Северном Урале). Причина наименования не установлена.

В записях топонимической экспедиции 1988 г. гора Радостная.

Карандаш (Карандашная), гора в верховьях реки Куса в 7 км на ВЮВ от горы Тура-Таш. Приведем объяснение Н. И. Шувалова: «Указанное место известно месторождением графита, который добывали здесь в XVIII-XIX вв. В это время графит называли карандашным камнем. Слово карандаш происходит от тюркских слов: кара — «черный», таш — «камень».

Остается добавить, что русское название горы, видимо, тоже является переделкой тюркского Кара-Таш — «Черный Камень».

Шерлинские горы, иногда Шерлова или Шерлинская гора, между Кусой и ее притоком Израндой к ЮЗ от горы Карандаш. Название дано по найденному здесь в большом количестве черному шерлу (турмалину).

Израндинская, также Израндская, гора между Кусок и Израндой в 5 км к СВ от рабочего поселка Магнитка. По реке Изранда, правому притоку Кусы.

В документах XIX в. название гора Израндинская (Израндская) прилагается ко всему гористому между» речью Изранды и Кусы вплоть до истока Изранды и горы Карандаш.

Большой Миасс, гора в верховьях реки Малая Арша, притока Большой Арши, в 13 км к С от рабочего поселка Магнитка. Вместе с находящейся в 5 км к Ю горой Малый Миасс образует группу Миасских гор.

Названия Большой Миасс и Малый Миасс нельзя отрывать от наименования реки Миасс, большого правого притока Исети, однако оронимы в данном случае не могут восходить непосредственно к гидрониму: горы находятся очень далеко от истока реки (80 км). Очевидно, названия гор и реки возникли независимо друг от друга.

Так как в ранних фиксациях (XIX в.) оронимы обычно выступают в формах Большой Мияс и Малый Мияс, можно допустить, что на современный вид названий повлияло наименование реки Миасс. Это могло произойти как устным путем, так и в результате деятельности картографов. Однако и река Миасс ранее именовалась Мияс, Мияз, поэтому оронимы и гидроним как будто бы должны иметь общий языковой источник. Это должен быть распространенный в топонимии термин, обозначающий нечто важное, тем более что есть еще село Мияссы на одноименной речке в Нижнетавдинском районе Тюменской области и река Миасс (ранее — Мияс) в бассейне Сылвы (Шалинский район Свердловской области).

Существует множество версий происхождения топонима Миасс (Мияс), для обоснования которых приводятся данные из финно-угорских, кетского и эвенкийского языков. Однако частотность названия и возможность его использования как для обозначения значительных, так и небольших объектов, указывают на относительно недавнее происхождение. Поскольку во всех местах, где зафиксированы названия Миасс (Мияс), живут в настоящее время или жили когда-то тюрки, есть основания для того, чтобы источник этих названий искать в тюркских языках, прежде всего — в башкирском.

Сторонники тюркской версии происхождения слова Миасс (Мияс) обычно приводят башкирское мейе — «мозг», родственное казахскому и киргизскому мий — «топь», «топкое место», подчеркивая при этом, что долина реки Миасс сильно заболочена. Однако предлагаемая версия совершенно не годится для названий Миасских гор.

Другое тюркское слово меес — «безлесное отлогое место», «покатость», «южная сторона горы», зафиксировано только на Алтае и Саянах, и тоже вряд ли может быть использовано для объяснения уральских оронимов, обозначающих достаточно крутые горы, покрытые лесом.

Очень интересная версия предложена недавно башкирским ученым Г. К. Валеевым, который ищет разгадку в терминологии уральских углежогов. Он указывает, что на Урале непрактичный способ добывания угля в кабанах (угольных кучах.- А. М.) постепенно был заменен выжиганием дров в огромных кирпичных печах, которые могли отстоять от заводов очень далеко. Поэтому названия полян, лесов, речек, пустошей, сел с основой мейес — «печь» встречаются близ горнозаводских центров Южного Урала.

Летом 1988 г. в деревне Мулдакаево (Белорецкий район Башкирской АССР) топонимической экспедицией было записано и название Мейес-Тау — «Печная гора», при этом местные жители разъяснили, что «раньше там были печи, в которых жгли древесный уголь».

Эта версия хорошо объясняет происхождение оронимов, тем более что на Миасских горах в старину действительно выжигали уголь, но вряд ли годится для толкования гидронима. К тому же река Миасс по-башкирски называется не Мейес, а Миэс, Мейэс. Еще одна сложность в том, что башкирское слово менее восходит к русскому печь: трудно поверить, что в основе этого гидронима русское по происхождению слово. Может быть, оронимы и гидроним все-таки образованы от разных слов и только со временем были уподоблены друг другу Если это так, то название реки Миасс может оказаться и дотюркским.

Малый Миасс, гора. См. Большой Миасс.

Маскарали, хребет на левом берегу реки Большая Арша в 6 км к 3 от горы Большой Миасс. По А. Г. Бессонову, башкирское название этой горы Маскяряле восходит к маскар, маскяря — «осрамившийся» (башкирское мэсхэрэ — «позор», «срам», мэсхэрэле — «издевательский», «позорный»). Н. И. Шувалов связывает с наименованием башкирской родовой группы маскара.

По рассказам местного населения, здесь в старину «кого-то обидели».

П. С. Паллас называет этот хребет Маскерял-аркассе и упоминает ручей Маскерял, впадающий в Ай. О термине аркассе см. Бакальские горы.

Копанец, гора на левом берегу реки Большая Арша в 5 км на ССЗ от города Куса.

Названия Копанец и Копанка часто встречаются на Урале. Характерны они и для оронимов. Эти названия образованы от русского глагола копать и указывают, что на географическом объекте по той или иной причине проводились землекопные работы.

Макуриха, гора на левом берегу Ая в 4 км к ЮЮЗ от Кусы. От русского диалектного слова макура — «слепое (подслеповатое) мифическое существо», «близорукий, подслеповатый человек» или образованного от него антропонима Макура (фамилия Макурин засвидетельствована в документах XVII в.).

Горновая, гора к ЮВ от Кусы. Есть еще горы Горновые ниже по течению Ая близ устья реки Большая Арша и гора Горновая в районе Верхнего Уфалея.

Как поясняет Н. И. Шувалов, в каменоломнях этих гор добывали жаростойкую породу — кварцит (горновой камень), который употреблялся в металлургическом производстве XVIII-XIX вв. для кладки горнов доменных печей.

Шишимские горы, горная гряда по левому берегу реки Ай к Ю от города Куса (близ поселка Медведевка).

Как объясняет геолог И. В. Мушкетов, эти горы получили название «Шиши» за их общий вид, представляющийся обособленной грядой, на гребне которой рельефно рисуются конусовидные, острые вершины». Таким образом, ороним является чисто русским, что неудивительно для давно освоенного горнозаводского узла Златоуст — Куса. Однако возникает вопрос о происхождении элемента им в суффиксе. Его, очевидно, можно рассматривать как эвфонический, то есть вставленный для благозвучия, так как прилагательное Шишский неудобно для произношения (ср. от Уфа — Уфимский, а не Уфский).

Сунгурка, вершина в массиве Змеиные горы (левобережье Ая, 6 км к Ю от горы Макуриха). Башкирское диалектное сонгор — «яма», «овраг». Первоначально, видимо, Сонгор-Тау — «Ямная гора» с последующей утратой географического термина на русской почве и появлением суффикса «ка». Башкирское слово сонгор в русских формах топонимов регулярно передается сунгур (ср. башкирские названия Сонгор, Сонгорйылга, Сонгор-Тау и их русскую передачу — Сунгур, Сунгуръел-га, Сунгур-Тау — наименование горы в Зиянчуринском районе Башкирской АССР).

Багрушинские, горы с направлением СВ-ЮЗ между реками Большой Багруш и Малый Багруш. Первичен гидроним Багруш.

Жука-Тау, хребет, идущий по левобережью реки Ай с СВ на ЮЗ, примыкающий с ЮЗ к Багрушинским горам. Башкирско-татарское юкэ — «липа», тау — «гора», то есть «Липовая гора». Начальное ж объясняется чередованием и — ж в башкирских и татарских диалектах.

Казан-Салган, хребет на левобережье реки Ай, идущий параллельно хребту Жука-Тау в 1 км к СЗ от него.

В переводе с татарского языка «Положили котел» (казан — «котел», салган — причастие прошедшего времени от глагола салу — «класть», «положить»). В тюркской топонимии глагольные конструкции этого типа встречаются очень часто. Что касается значения, то «котловых» названий в топонимии различных народов множество (остров Котельный в Арктике, Пут-Тумп — «Котельная гора» в мансийской оронимии и т. д.).

Башукты, хребет, идущий параллельно хребту Казан-Салган в 2 км к СЗ от него.

Название хорошо объясняется из тюркских источников: башкирско-татарское баш — «голова», ук — «стрела», ты — суффикс обладания. В современном башкирском языке есть слово башак — «колос», «наконечник», а ук башагы означает «наконечник стрелы». В одном из восточно-тюркских языков — уйгурском — есть и слово башук — «железный наконечник стрелы». Сейчас трудно определить, к какому тюркскому источнику восходит этот ороним, но он может оказаться башкирским или татарским: географические названия часто сохраняют диалектные слова или архаизмы, уже утраченные живой речью. С учетом всего сказанного, ороним Башукты надо толковать «Обладающий наконечником». Возможно, это метафора (ср. Машак).

Уары, гора на левом берегу Ая выше устья реки Сатка к СЗ от хребта Башукты. Так как в середине XIX столетия Э. К. Гофманом засвидетельствована форма Уры, можно сопоставить с татарским оры, башкирским оро — «нарост», «желвак», «шишка», тем более что башкирское и татарское «о» произносится близко к русскому «у». Названия с таким значением в оронимии встречаются часто, ср. Захарова Шишка, Шишимские горы на Южном Урале.

Топонимической экспедицией 1987 года неоднократно записаны русские варианты названия Уара и Увара (звук «в» здесь является «вставным», как в русских просторечных какаво, радиво, при литературных какао, радио).

Против этой версии, во-первых, то, что переход Оры (Уры) в Уары трудно объяснить как на тюркской, так и на русской почве, во-вторых, название реки Ыуары (русское Увары) в Башкирии. Поэтому возникло предположение о том, что ороним Уары — дотюркский, его сравнивают, в частности, с венгерским вар — «крепость». Пока это только гипотеза.

Мамыр-Тау, гора на правом берегу Ая в 8 км к С от горы Уары. От распространенного в тюркских языках арабского имени Маамур — «Живущий», «Процветающий», т, е. «Гора Мамура».

Чулкова, гора на левом берегу Ая ниже устья реки Сатка (к ЮЗ от горы Уары). Зафиксированы также варианты Чулковая, Чулковка и Чулков (хребет). Различаются две вершины — Большая Чулковка и Малая Чулковка.

У местных татар записано название Ефэк-Тау — «Шелк-гора» с переводом на русский — «Гора Шелковка» и характерным объяснением «длинная гора, как шелк тянется». Если первичен татарский топоним, то русское название является его переводом с последующим народно-этимологическим переосмыслением (гора Шелковая > гора Чулковая). В дальнейшем произошло уподобление названия отантропонимическим топонимам (Чулковая > Чулкова) Прозвище Чулок и фамилия Чулков издавна распространены в русской антропонимии, а на Среднем Урале близ Новоуткинска есть и гора Чулкова.

Но можно предполагать и другое: местное татарское население переосмыслило русское название и перевело его на свой язык. В пользу этой версии — существование башкирского названия горы Халдыз (на одной старой карте Салдыз), не нашедшее, однако, убедительного объяснения у местных жителей.

Сулея (Сулея-Тау), хребет в междуречье Ая и Юрюзани между хребтом Жука-Тау и городом Юрю-зань Длина — около 50 км Наиболее значительные вершины — Красная Репка и Сулея

П. С. Паллас упоминает кряж Силиас-Аркассе около реки Ай (о географическом термине аркассе см. Бакальские горы). Очевидно, он имеет в виду именно Сулею. Немецкий путешественник геолог Г. Розе, посетивший эти места в 1829 г., пишет о хребте Силия, через который идет большая дорога из Уфы в Златоуст. На картах XIX в. обычно также Силия (реже Сулия, Сулея). Формы Силиас, Силия первичны. Им точно соответствует башкирское название хребта hилейэ (Силия), которое авторы «Словаря топонимов Башкирской АССР» переводят «Тихая долина» (hил — «тихий», «спокойный», уя — «долина»).

Кукшик, хребет на левобережье реки Ай, примыкающий с СЗ к хребту Сулея.

Краевед В. П. Чернецов утверждает, что Кукшик — «Синеватая гора» («Саткинский рабочий», 9 октября 1979 г.). Ср. башкирские слова кук-«синий», «голубой», шэке — «пик». Н. И. Шувалов приводит тот же перевод, но считает, что шик (чик) — словообразовательный суффикс. В «Словаре топонимов Башкирской АССР» оставлено без объяснения.

Толкование первого компонента (кук) сомнений не вызывает, со вторым — полной ясности нет.

Осто-Тау, гора, примыкающая с ЮЗ к хребту Кукшик. Башкирское диалектное осто (литературное осло) — «острый», «остроконечный», т. е. Осто-Тау — «Острая гора».

Юкала, хребет на правом берегу Юрюзани к В от железнодорожной станции и рабочего поселка Вязовая. Примыкает с 3 к южной оконечности хребта Сулея. Башкирское юкэ — «липа», юкэле — «липовый», т. е. «Липовый (хребет)». Ср. Юкалы.

Пьяная, гора между западной окраиной города Сатка и хребтом Сулея. По преданию, здесь отпраздновали встречу Емельян Пугачев и Салават Юлаев.

Мальчиха, гора на юго-западной окраине Сатки. В основе, видимо, татарское Малчы-Тау (татарское малчы, башкирское малсы — «скотовод», «имеющий скот»), т. е. «Скотоводова гора». Со временем название обрусело, утратило географический термин и было по народной этимологии связано со словами мальчик, мальчишка и т. п.

Каин (Каингора),в письменных источниках также Каинова и Кайновая, гора у Саткинского пруда (в городе Сатка). Первоначально Кайын-Тау (башкирское кайын, татарское каен — «береза») — «Березовая (гора)».

Казымовская, гора к Ю от города Сатка и Саткинского пруда. Связывают с башкирско-татарским кыз — «девушка», «девочка» и объясняют «Девичья (гора)». Действительно, по соседству с очень многими населенными пунктами Южного Урала есть горы с названием Кызлар-Тау — «Гора девушек». Там некогда проходили девичники — весенние праздники и игры. Однако ороним Казымовская в звуковом отношении и по структуре неполностью объясняется предложенной этимологией. Поэтому возможны и другие версии, ср., например, тюркское имя арабского происхождения Казим — «Сдержанный», «Терпеливый», от которого очень легко мог быть образован ороним Казымовская (гора), т. е. «Гора Казыма (Казима)».

Бакальские горы, группа гор к Ю от хребта Сулея в ближайших окрестностях города Бакал, содержащая богатейшее месторождение железных руд, которое было открыто и стало разрабатываться в середине XVIII столетия. П. С. Паллас называет одну из этих гор Бакаларкассе. Башкирское слово аркассе он тут же сам объясняет как «каменистую длинную и крутую горы гриву» (ср. современное башкирское арка — «спина», «горный хребет»). Поскольку название города Бакал перенесено с наименования реки Бакал (Большой Бакал), которая берет начало западнее города и затем впадает в Малую Сатку, есть все основания считать, что и Бакаларкассе в переводе означает просто «Бакальский хребет», «Бакальские горы». К ним в настоящее время относятся горы Макарушкина, Буландиха, Иркускан и хребет Шуйда.

Макарушкина, одна из Бакальских гор в междуречье притоков Малой Сатки — рек Большой Бакал и Малый Бакал. Примыкает с СВ к городу Бакал. На новых картах — хребет Макарушкин. В источниках XIX — начала XX в. часто именуется горой Бакальской. Очевидно, именно эту гору Паллас и называет Бакаларкассе.

Антропоним Макарушка — уменьшительно-ласкательная форма от русских личных имен Макар и Макарий.

Буландиха, одна из Бакальских гор. Находится на юго-восточной окраине города Бакал. Между Буландихой и расположенной к ЮВ от нее горой Иркускан течет река Буланка, приток Юрюзани. М. И. Альбрут связывает ороним Буландиха с тюркским булан- «лось», буланды — «лосиный» (ср. башкирское болан — «олень»), однако трудно сказать, что первично — река или гора.

П. С. Паллас и И. И. Лепехин называют эту речку Булан и Буланка, подчеркивая, что «булан — татарское имя лося, которых в здешних… лесах великое множество находится». Рудники около реки Булан Паллас называет Буланскими.

Иркускан, одна из Бакальских гор. Находится к ЮВ от города Бакал между горой Буландиха и северовосточным концом хребта Сука.

А.Г. Бессонов, а затем и М. И. Альбрут переводят «Земля изрыгнула» (горы, по объяснению Альбрута, как бы вздыблены). Поскольку кроме ер коскан — «Земля изрыгнула», в башкирском языке есть еще сочетание ир коскан — «Мужик наблевал», казалось бы, вполне возможны оба толкования. Но Паллас записал это название в формах Джиркускан, Джиркюскан, что позволяет видеть в первой части оронима башкирское «ер», татарское жир — «земля», а причастную форму связывать не с башкирским глаголом косоу — «блевать», «изрыгать», а с кусэу — «переселиться», «перейти», «перебраться» и т. п. И действительно, в башкирской топонимии находим название Ергускэн (из ер кускэн), которое приводит В. Ш. Псянчин с переводом «Земля переходила». С учетом всего сказанного ороним Иркускан надо восстанавливать в виде Иркускэн и переводить «Земля переселилась», «Земля перешла», очевидно, в смысле «Земля сдвинулась (обвалилась)». Такой перевод убедительно подтверждается существованием в башкирском языке слова кускен — «лавина».

Шуйда, хребет широтного направления, относящийся к группе Бакальских гор и находящийся к ЗЮЗ от Бакала (между Бакалом и городом Юрюзань). Точное башкирское (татарское) соответствие русскому названию пока не зафиксировано, а возможности толкования многообразны. Однако И. И. Лепехин в XVIII в. засвидетельствовал форму Шийда. Если она ближе к тюркскому источнику, то название предположительно можно связать с башкирским шыйза — «жердь».

Голая Шишка, гора, примыкающая с Ю к хребту Шуйда. О географическом термине шишка см. Захарова Шишка.

Бахтиарская, гора к Ю от хребта Шуйда. От тюркского имени персидского происхождения Бахтияр — «Счастливый».

Аксарка, хребет между реками Юрюзань и Катав, идущий южнее железной дороги Юрюзань — Катав-Ивановск параллельно с ней. На хребте начинается левый приток Юрюзани ручей Большой Аксарский.

Этот бесспорно тюркский топоним сложен для объяснения, во-первых, из-за высокой степени русского освоения, на которое указывает суффикс «ка», во-вторых, из-за того, что первичным может быть как название хребта, так и название ручья, хотя более вероятно все-таки, что в основе — наименование хребта (из-за незначительности водного объекта и суффикса «ский» в гидрониме). Кроме того, в самих тюркских языках многообразны возможности для толкования. Есть башкирская деревня Аксар (Аксарово) и татарское село Аксар (Аксарино). В документе 1675 г. упоминается кунгурский татарин Аксарко (из Аксар). Далее существует башкирский антропоним и топоним Аскар (село Аскарово), который в русской форме Аскарка легко мог видоизмениться в Аксарка. Могут быть предложены и другие версии. Наиболее вероятно все же, что Аксарка — «Гора Аксара (Аскара)», но окончательное решение вопроса зависит от записи башкирской (татарской) формы названия.

Завьялиха, гора на правом берегу Юрюзани в 10 км к В от хребта Аксарка. Это название связано по происхождению с русским диалектным словом завьяла, завьялица — «метель», «вьюга» или с производными от него антропонимами Завьяла, Завьялов.

Полуденные горы, группа гор на левобережье Юрюзани к ЮВ от хребта Аксарка и к С от хребта Рахманка Русское слово полуденный раньше употреблялось и в значении «южный», значит Полуденные горы — «Южные горы» Причина наименования может быть различна Не исключено, что это название противопоставлено наименованию находящейся севернее горы Завьялиха.

Рахманка, хребет на левобережье Юрюзани к Ю от Полуденных гор и к СЗ от хребта Зигальга От тюркского антропонима арабского происхождения Рахман — «Милостивый»

Полозовая, гора в 20 км к 3 от юго-западного конца хребта Аксарка. Считается восточным продолжением хребта Амшар. Это чисто русское название образовано от наименования большой, но безвредной змеи — полоза, изредка встречающегося на Южном Урале.

Амшар, хребет в верховье реки Сим (30 км к 3 от юго-западного конца хребта Аксарка) Главная вершина — гора Голая Шишка. Местные башкиры называют этот хребет Мыш-Арка (полная форма Мышар-Арка) — «Рябиновый хребет» (мышар — «рябина»), так что название Амшар является результатом русской переработки Названий гор такого рода на Южном Урале много (ср Рябиниха к СВ от города Куса, Рябиновая к С от города Учалы, Мышар в Кигинском районе Башкирии).

Сухие горы, хребет широтного направления в верховьях реки Лемеза к ЮЗ от хребта Аксарка На картах иногда искусственное — хребет Сухих гор. См. Сухогорский Камень

Веселая, гора (1153 м) в 1 2 км к ЮЮВ от верховья реки Лемеза, примыкающая с Ю к Сухим горам Самая высокая из многочисленных «веселых» гор на Урале. См Веселые горы.

Карязы (Каряды), хребет между горой Веселой и рекой Тюльмень, правым притоком Инзера. На хребте — гора Большая Каряда (Кареда). Вероятно, от башкирского кэрэз — «соты». Мотивы наименования становятся понятными в свете другого башкирского названия Кэрэз-Тишек — «Сотовая дыра». Так, по сообщению геолога Г. В. Вахрушева, называется одна из пещер на реке Западный Ик. «Окрестности пещеры,- пишет геолог,- действительно напоминают гигантский пчелиный сот. Это огромное карстовое поле, усеянное провальными воронками…»

Бирьян (по-башкирски Бирйэн), хребет между верхним течением реки Лемеза и рекой Инзер к 3 от хребта Карязы. По-башкирски бир — «дай», «отдай», йэн — «душа», все выражение в целом местные жители переводят «отдай душу», «умри» (сочетание йэн биреу и в литературном языке означает «отдать душу», «умереть»). С точки зрения грамматики, название вполне соответствует нормам образования тюркских топонимов. Гора могла получить имя, которое переводится «Отдай душу», или «Умри» за труднодоступность. Местное население иногда рассказывает еще, что так звали какого-то человека, имя которого было перенесено на хребет.

Горы между широтным участком верхнего течения Уфы и широтным участком верхнего течения реки Ай

Потанины, горы на западном берегу озера Иртяш южнее Вишневых гор (в 10 км к С от города Кыштым). От русского личного имени Потаня, производного от Потап, Потапий и более редкого Потамий.

Борзовские, горы, южное продолжение Потаниных (к С от Кыштыма). От старинной русской фамилии Борзов, или прозвища Борзой.

Сугомак, гора в 4 км к 3 от Кыштыма близ реки Сугомак, впадающей в озеро Сугомак. Первично название реки, по которой получили название соседние объекты — озеро и гора.

Беркут, гора в верховьях Уфы (20 км к ЮЗ от Кыштыма). В башкирском языке бюркют — «орел», в татарском -бюркет- «беркут», «орел», однако это название невозможно с полной уверенностью относить к тюркским оронимам, поскольку в русском языке есть слово беркут — «вид орла» (заимствованное из тюркских источников), а в русской оронимии обычны названия типа Сокол (Балабан).

Безусловно русским является название Беркутова гора (Беркутская гора) близ Миасса. Напротив, явно башкирским следует считать ороним Беркут-Тау в западных отрогах хребта Ирендык (юго-восточная Башкирия). И опять-таки загадочно наименование горы Беркут на ВЮВ от Верхнеуральска — оно может быть как тюркским, так и русским.

Юрма, гора (1002 м) между истоками рек Уфа и Куса в 15 км к 3 от города Карабаш.

Широко распространен взгляд, что в переводе с башкирского (татарского) языка ороним Юрма означает «Не ходи!», так как склоны горы круты и труднопроходимы из-за густого леса. Это толкование впервые приведено в «Горном журнале», 1825, № 5. Геолог И. В. Мушкетов красочно рисует трудности работы в районе Юрмы: «По юго-западному гранитному склону Юрмы мы опустились в лесистую и болотистую долину, отделяющую Юрму от Таганая. Трудно представить себе ту глушь, какая встретила нас в этом месте. Едва проходимые леса, бездонные болота с грудами осыпей из остроугольных валунов и с целыми кострами валежника, часто совершенно истлевшего и носящего свежие следы медведя, топи, обманчиво прикрытые мохом,- вот все, что находит наблюдатель в этой пустыне».

В башкирском и татарском языках действительно есть и глагол с основой «йур» — «ходить» и «ма» — суффикс отрицания, который употребляется в глагольных формах. Поэтому толкование «Не ходи!» не лишено оснований. К тому же и местное население придерживается этого объяснения.

Ср., однако, башкирское диалектное йурмэ — «дремучий лес», зафиксированное в миасском говоре башкирского языка.

Карабаш, гора на восточной окраине города Карабаш в 5 км к 3 от северного конца Ильменских гор. Иногда горами Карабаш или Карабашскими именуют весь горный кряж, идущий в меридиональном направлении восточнее города Карабаша, и даже все горы между хребтом Юрма и долиной Миасса.

Первично название горы, которое в переводе с башкирского и татарского языков значит «Черная вершина», или «Черная голова» (кара — «черный», баш — «голова», «вершина»). Надо думать, что название Карабаш — метафора, возникшая на основе сходства горы с темной башкирской шапкой или головой в шапке.

Ороним Карабаш (Кара-Баш, Карабашские горы) регулярно встречается в источниках XIX- начала XX в., однако позднее гора Карабаш обычно именуется Золотой горой (по месторождению золота).

Ильменские горы, или Ильменский хребет (иногда Ильмени, Ильмены), хребет на правом (восточном) берегу реки Миасс, идущий с ССВ на ЮЮЗ между городами Карабаш и Миасс. В самой южной части хребта возвышается наиболее значительная вершина — гора Ильмен-Тау (753 м). Южнее хребта находится озеро Ильменское (иначе-Ильмень). В этом районе с 1920 г. существует знаменитый Ильменский заповедник.

В основе название озера, но путь слова очень извилист. По мнению И. Г. Добродомова, греческое лимэн — «гавань» проникло в русский язык в формах лимень, лиман, ильмень, получив ряд новых значений («залив», «озеро», «разлив реки», «старица»). При этом новые значения возникали не без влияния другого греческого слова лимнэ — «залив», «озеро», «болото». В то же время заимствование было связано народной этимологией с русским «ил» и суффиксом «мень» (например, в диалектном узмень — «узкое место»). И, наконец, предполагается, что греческое слово проникло в русский язык через тюркское посредство (половецкое лимэн, турецкое лиман). Об этом, по мнению Добродомова, говорят тюркские топонимы и, в частности, название горы Ильмен-Тау на Южном Урале. Многое, однако, неясно и прежде всего, как слово ильмень попало в тюркскую топонимию Урала.

Есть, однако, и другое предположение, что в основе оронима башкирское слово имен — «целый», «невредимый», «безопасный», «благополучный», то есть толковать надо «Целые горы», «Невредимые горы», «Безопасные горы», «Безвредные горы» (не такие высокие, как другие), или башкирское имэн — «дуб» («Дубовые горы»). Исследователи, отстаивающие эту версию (М. И. Альбрут, Г. К. Валеев, Н. И. Шувалов), указывают, что у П. С. Палласа (XVIII в.) Ильменские горы называются Имен-Тау, а озеро Имен-Куль. Русские, по их мнению, с течением времени сблизили башкирское имен со словом ильмень, которое бытовало в речи русских переселенцев на Южный Урал. Ведь уже Паллас пишет об озерах в оренбургских степях, «из коих нет никакого течения», что их «здесь обыкновенно называют ильменями». Он же приводит и пример — Мергенской Ильмень.

Вторая версия предпочтительнее.

Ишкуль, хребет в северной части Ильменских гор (в 16 км к Ю от города Карабаш). У восточного склона хребта — озера Большой и Малый Ишкуль. Первичен гидроним, который М. И. Альбрут не очень удачно переводит «Похожее озеро» (на что похожее?). Значение этого названия — «Парное озеро», или «Пара озер», поскольку здесь два озера (башкирско-татарское иш — «пара», «подобный»).

Карымка, гора в 12 км к ЮЮЗ от Карабаша и в 8 км к СЗ от хребта Ишкуль. Вероятно, от тюркского имени арабского происхождения Карим — «Великодушный». Ср. еще устаревшее башкирско-татарское карымта — «кровная месть».

Таловский (Большой Таловский), хребет между горой Карымка и озером Тургояк. Назван по реке Большая Таловка, левому притоку реки Куштумга, впадающей в Миасс.

Варганова, гора к СЗ от озера Тургояк. От русского прозвища Варган или фамилии Варганов (варганить — «шуметь», «кричать»).

Пугачева, гора к ЮЗ от озера Тургояк. По легенде, здесь проходил с войском Емельян Пугачев. На Южном Урале много гор, которые память народная связывает с именем предводителя Крестьянской войны 1773- 1775 гг. Русские называют их горами Пугачева или Пугачевскими, башкиры — Богас (Бугае) или Богасты (Бу-гасты), так как в башкирском языке фамилия Пугачев (Пугач) изменилась в Богас (Бугае).

Костроминка, гора к 3 от озера Тургояк. От русского прозвища Кострома, зафиксированного в памятнике XIV в., или фамилии Костромин, которые являются вторичными оттопонимическими наименованиями (от названия города Кострома, известного с XIII в.).

Александровская Сопка, отдельная скалистая гора (845 м) на водораздельном хребте (8 км на ВЮВ от Златоуста).

По-башкирски эта гора, как и вообще водораздельный хребет, именуется Урал-Тау, русские же, как пишет в «Горном журнале» Э. К. Гофман, стали называть ее Александровской Сопкой со времени восхождения на эту вершину великого князя Александра Николаевича (будущего царя Александра II) в 1837 г.

Ицыл, гора на правом берегу реки Большой Киалим в 19 км к СЗ от Златоуста. Высота- 1068 м.

Это название содержит звук «ц», которого нет больше ни в одном из тюркских оронимов Южного Урала, поскольку он отсутствует в местных башкирских и татарских говорах. Очевидно, «ц» здесь вторичное, возникшее из какой-то группы согласных типа «те» или «ее». В исследованиях по геологии и географии XIX — начала XX в., относящихся к району Златоуста, действительно постоянно встречаются написания Иссыл, Исыл; наряду с более редким Ицыл, фигурирующим уже в «Горном журнале», № 1, 1834 г. По Н. И. Шувалову, от башкирского иссиль- «вечный ветер» из-за постоянного ветра на этой высокой вершине. Ср. башкирское исеу — «дуть» и ел — «ветер».

Таганай, или Большой Таганай, хребет к СВ от Златоуста (длина — 20 км). Важнейшие вершины (с севера): Дальний Таганай (1146 м), наиболее удаленный от Златоуста; Круглица (Круглая Сопка), или Круглый Таганай (1177 м), названная так «потому, что она с юга кажется круглой» (Э. К. Гофман. «Горный журнал», 1868, № 4), вершина Круглицы именуется Башкирской Шапкой (по словам Гофмана, «поднимаешься до самой верхушки, которая подобно пуговке возвышается над круглой горой»); Откликной Гребень (1155 м), в мощных, чуть ли не стометровых скалах которого возникает многократное эхо; Малый Таганай (1034 м), или Двуглавая Сопка (не путать с хребтом Малый Таганай). С юго-востока к Большому Таганаю примыкают два небольших хребта, сперва — Средний Таганай, а за ним — Малый Таганай. Они идут в том же направлении — с СВ на ЮЗ.

Традиционно объясняют из башкирско-татарских слов таган — «подставка», «опора» и ай — «луна», как «Подставка луны», «Опора луны». Эта красивая и в смысловом отношении прозрачная метафора встречается, однако, с трудностями грамматического характера: переводить надо «Подставка-луна». Возможно, по этой причине Г. Е. Корнилов (см. «Краткий топонимический словарь» В. А. Никонова) пытается возвести Таганай к башкирскому тыуган ай тау — «восходящей луны гора».

Так как тюркское ай — «луна» нередко употребляется метафорически для обозначения чего-либо красивого, перевод «Подставка-луна» совсем не так неудачен, как это кажется в первый момент. Намного лучше все же толковать не «Подставка-луна», а «Таган-луна», используя и в переводе тюркское слово таган-«треножник (железная подставка для котла на трех ножках)». Образное видение местных татар или башкир нашло в горном хребте Большой Таганай (точнее, в его южной части, где находятся вершины Круглица, Откликной Гребень и Малый Таганай) подобие треноги, тагана, весьма важного предмета стародавнего тюркского быта. Не случайно и П. С. Паллас писал в своем дневнике 2 июня 1770 г.: «Трехглавая (выделено мною.- А. М.) высокая и ныне еще снегом покрытая (гора) Таганай, которая при Ае наивысочайшей щитается горою». Образ этот, видимо, довольно распространен: в Башкирии есть несколько гор с названиями Таган-Тау — «Таган-гора» и Таган-Таш — «Таган-Камень».

Конечный элемент «ай» можно, однако, рассматривать и как древнетюркский суффикс с уменьшительно-ласкательным значением. В этом случае, очевидно, произошло последующее переосмысление суффикса в слово ай — «луна».

В русских документах XVII в. упоминается «Таганаева волость» на левом берегу Белой против реки Бирь. Деревня Таганай (Таганаево) и сейчас существует в Кушнаренковском районе Башкирской АССР. В этом случае Таганай — антропоним, но о его связи с названием горы Таганай ничего не известно.

Назминские (в различных источниках также Наземские, Назимские, Назямские), горы на правобережье Ая к 3 от южной оконечности хребта Большой Таганай (между рабочим поселком Магнитка и Златоустом). На некоторых новых картах — Назминский хребет. У местного русского населения — Назминские (Назьминские) горы.

Может быть, от тюркского имени персидского происхождения Назим — «Устроитель», либо другого мусульманского имени Наджим — «Звезда». Колебания гласных в последнем слоге топонима возникли в русском языке в безударной позиции.

Южная часть Назминских гор называется Евграфовскими горами (от русского канонического имени Евграф или фамилии Евграфов. Н. И. Шувалов называет еще две вершины Назминских гор — Медный Рудник (по находившемуся здесь в XVIII в. медному руднику) и Максимилиановскую гору (Максимилиан), названную в честь герцога Максимилиана Лейхтенбергского, посетившего Южный Урал в 1845 г.

Протопоп, гора, примыкающая с С к Назминским горам (на восточной окраине рабочего поселка Магнитка). От устаревшего русского протопоп — «священник высшего чина». Видимо, метафора.

Косотур, гора на правой стороне реки Ай. На ее склонах расположена часть города Златоуста, первоначально — Косотурского завода.

Встречающееся в некоторых популярных работах толкование «Где стоять», «Место стоянки» (из башкирских слов кайза — «где» и тороу — «стоять»), с языковой точки зрения, неудовлетворительно.

Есть три пути. Первый — связать название Косотур с серией других загадочных наименований на «тур», типа Баштур, Белятур, Силитур (см. Белятур). Второй — не отрицая связи с названиями на «тур», видеть в орониме результат русской переработки под действием таких слов, как общеизвестное верхотура и диалектное косоур — «косая дуга», «косой свод». Показательны также названия скалы Косотуриха на Северном Урале (левый берег Вишеры у деревни Акчим) и реки Косотурка в бассейне Сылвы (Шалинский район Свердловской области). Третий — считать название горы чисто русским, поскольку места эти заселены и освоены русскими уже более двухсот лет тому назад (в этом плане особенно интересны уже упомянутые Косотуриха и Косотурка).

Чувашская, гора на правом берегу реки Ай к 3 от Златоуста. От этнонима чуваш, указывая, что в освоении Урала наряду с казанскими татарами принимали участие и чуваши. На Южном Урале есть и другие названия такого рода: река Чувашка, гора Чуваш-Тау и т. п.

Горы между широтным участком верхнего течения реки Ай и участками верхнего течения Большого Инзера и Белой приблизительно по 54° с. ш. (западные хребты)

Магнитная, гора в 15 км на В от города Сатка, примыкает с СВ к хребту Зюраткуль. Иногда — Магнитный хребет. Гора сложена крупнозернистым габбро, в котором есть более или менее значительные скопления и гнезда магнитного железняка.

Зюраткуль, хребет на левом берегу реки Большая Сатка в 1 2 км к ЮВ от города Сатка. Наибольшая высота-1184 м (гора Круглая Шишка). С ЮВ к хребту примыкает одноименное озеро Зюраткуль. Башкирско-татарский термин кул — «озеро» указывает на первичность гидронима, но действительность оказывается намного сложней.

Есть ряд предположений о значении названия озера Зюраткуль («Лошадиное озеро», «Кладбищенское озеро», «Озеро, у которого есть изображение», «Озеро, в котором, как в зеркале, отражаются горы»), однако все они ошибочны.

Гидроним Зюраткуль в переводе значит «Сердце-озеро». Правда, «сердце» по-башкирски йурэк, а не зюрат, но известно, что в некоторых башкирских и татарских диалектах вместо начального «и» (ю==йу) употребляется особый звук типа мягкого «жь» или «джь», который обычно передается русским «з». Трудная для произношения группа согласных «кк» (Зюрак-куль) изменилась в «тк» (Зюраткуль). В одном исследовании по геологии этого района (1901 г.) и гора и озеро еще называются Зюраккуль. На карте 1800 г. озеро именуется Зюряк. В записи топонимической экспедиции название озера — Йурэккул.

Остается добавить, что по своей форме озеро Зюраткуль напоминает сердце и что сравнения такого рода в топонимии широко распространены: в Башкирии есть Юрак-Тау — «Сердце-гора» близ Стерлитамака и Юрак-Таш — «Сердце-камень» (скала) на хребте Большой Шатак, а в мансийской топонимии Синтур (из Симтур) — «Сердце-озеро» и Сим-Сяхыл — «Сердце-гора».

Более или менее точно можно определить и время переноса названия озера на гору: в «Горном журнале» за 1835 и 1837 гг. уже упоминается гора Зюраткуль.

Что же тогда остается решить? Важны свидетельства XVIII в. В. Н. Татищев упоминает Ярак Тау (Гора Сердца), на верху которой имеется озеро. П. С. Паллас пишет о горе Юрак-Тау (Сердце-Гора) по реке Большая Сатка, получившей название «по причине возвысившейся тупой верхушки, которая совсем гола и камениста». В этом случае, конечно, имеется в виду гора Круглая Шишка. Примерно то же находим у И. И. Лепехина, (который рассказывает о горе Жюряк Таш (Гора Сердце), находящейся в 30 верстах от хребта Уранги, что она так прозвана «по круглому холму, посредине хребта находящемуся».

Эти свидетельства подсказывают другие решения: или первично название горы (Йурэк-Тау), или название горы и озера (Иурэккул) с самого начала сосуществовали

В общем, здесь еще есть над чем подумать

Маскаль, хребет, примыкающий с ЮЗ к озеру Зюраткуль (1029 м). В источниках XIX в — Маткаль, на более поздних картах — Машкаль или Москаль, видимо, не без влияния просторечного русского москаль — «москвич» (по-башкирски мэскэуле), однако местное русское население называет этот хребет Маскаль.

Краевед В. Чернецов считает, что этот ороним в переводе с башкирского и татарского языков означает «Ведьмина гора» («Саткинский рабочий», 1979 г., 4 октября) и указывает, что еще в XVIII в. на Маскале стояли деревянные идолы, которым поклонялись башкиры. Это толкование может быть принято, так как в башкирском языке действительно есть слово мэскэй — «ведьма», форма обладания мэскэйле — «с ведьмами», а в башкирской топонимии Кувандыкского района Оренбургской области засвидетельствовано название горы Мэскэй — «Ведьма».

Северная часть хребта называется горой Буланиха (см. Буландиха) или Малый Маскаль.

Сука, два хребта в междуречье Малой Сатки и Юрюзани-Большая Сука и Малая Сука. В 12 км к 3 от озера Зюраткуль находится Малая Сука, к ЮЗ от нее — Большая Сука (1194 м). П. С. Паллас в XVIII в. засвидетельствовал название в формах Сука, Сукатау.

Есть три этимологии: 1) от татарского сука, башкирского hука — «соха», как предлагает А. Г. Бессонов (если на хребет смотреть издали и сбоку, то в нем можно усмотреть отдаленное сходство с сохой), т. е. перед нами метафора; 2) от башкирского сукы — «сопка», «пик» (письменное сообщение Р. 3. Шакурова); 3) от башкирского сыуык (суук) — «холодный» (В. Чернецов, Н. И. Шувалов). Недостаток первой этимологии в том, что тюркское слово заимствовано из русского языка, следовательно, приходится допустить, что тюркское название хребта возникло сравнительно недавно, а это удивляет. Уязвимость второй этимологии в том, что Сука — два хребта, а не отдельная сопка. Поэтому, если тюркская форма Суук (Сыуык) достоверна, предпочтение надо отдать третьей версии, правда, с той оговоркой, что это татарский или татаризированный топоним (ср. татарское суык — «холодный» и башкирское hыуык с тем же значением).

Кургашка, гора к 3 от хребта Большая Сука. От башкирского кургаш — «свинец». Название засвидетельствовано в русской форме с суффиксом «ка». Топонимы Кургаш, Кургашлы, Кургашты обыкновенны в Башкирии.

Уван, две горы в верховье реки Малая Сатка, примыкающие с ЮВ к хребту Большая Сука. Большой Уван (1222 м) находится севернее. Малый Уван- южнее. Как и Сука, находятся в той части Челябинской области, где нет коренного башкирского населения, поэтому топонимическая экспедиция смогла записать этот бесспорно тюркский по происхождению ороним только у русских.

С некоторым риском можно сопоставить с башкирским уба — «холм», «курган». Горы Большой Уван и Малый Уван представляют собой отдельные вершины, лишь примыкающие к хребту Большая Сука и вполне могут восприниматься как отдельные большие холмы. Башкирское «б» передано как «в», поскольку известно, что между гласными звонкий смычный «б» в башкирском языке приближается по звучанию к губному «в» (русский звук «в» — губно-зубной) и что в некоторых говорах башкирского языка «б» переходит в «в» и «у». Уже в русском языке могло появиться конечное «н», например, под влиянием широко распространенного на Южном Урале диалектизма шихан — «высокая конусообразная гора».

По Н. И. Шувалову, от названия башкирской родовой группы уван, входившей в состав племени катай В книге Р. Г. Кузеева «Происхождение башкирского народа» действительно упоминается близкое по звучанию название родовой группы уваныш, но эта группа отнесена не к катайцам, а к тюркизированным финно уграм.

Нургуш, хребет между озером Зюраткуль и рекой Юрюзань у села Тюлюк. Поперечная долина делит его на две части: северную — Большой Нургуш и южную — Малый Нургуш. Наиболее высокая вершина (1406 м) находится в северной части хребта. Местное башкирское население связывает с нур — «луч», «сияние» и кош — «птица» (в сложных словах также гош, см. Белягуш), то есть в переводе «Лучезарная птица». Перед нами или роскошная метафора, или народная этимология, при помощи которой осваивается какое-то древнее, может быть, добашкирское название.

Зигальга, один из самых высоких и красивых хребтов Южного Урала, находящийся на левобережье Юрюзани, между хребтами Нургуш и Нары. Длина — более 40 км.

Зигальга была хорошо известна уже русским исследователям XVIII в., которые засвидетельствовали это название в формах Джигалга (В. Н. Татищев), Джигалгя или Джигала (П. И. Рычков), Егалга, Джигалга, Джигальга (П. С. Паллас), Джигальга (И. И. Лепехин), Джигалга (И. П. Фальк), Джигялга (И. Г. Георги), при этом Татищев и Рычков подчеркивали, что на Зигальге (как и на Ямантау) всегда лежит снег, а Паллас указывал, что на ней (опять-таки как и на Ямантау) живут олени. Георги замечает еще, что название Джигялга относится к самой высокой части хребта, имея, очевидно, в виду безлесную горно-тундровую зону с долго лежащими снегами. В «Материалах по истории Башкирии», относящихся к XVIII в., хребет назван Югалга, Зигалга, Зягалга.

Башкиры называют Зигальгу — Егэлгэ, что вполне согласуется с формой Егалга, приведенной Палласом, но не дают объяснения названию. Проникший в русский язык вариант Зигальга испытал воздействие со стороны татарского языка.

Трудно даже предполагать, что может значить это весьма загадочное название, возможно добашкирское. Во всяком случае, авторы «Словаря топонимов Башкирской АССР», приводя другое название этого хребта — Зэнггэрге, сравнивают его с иранским зангар — «большая скала», хотя и в башкирском языке есть слово зэнггэр со значением «голубой», «синий». Интересно в связи с этим слово йелга, йилга — «летнее высокогорное пастбище», «место летовья», зафиксированное в иранских языках Таджикистана.

На хребте много островершинных гор и скал. Наиболее значительные вершины: в северной части хребта — Поперечная-1389 м, в центральной — Мерзлый Утес, или Мерзлая-1237 м, в южной — гора Большой Шолом (см.) — 1425 м.

Юго-восточные отроги Зигальги имеют яркие метафорические названия — Большой Пасынок и Малый Пасынок.

Местное русское население рассказывает, что на горе Мерзлый Утес очень долго лежит снег и что там однажды заблудилась и замерзла восемнадцатилетняя девушка, однако в 50-60-х годах текущего столетия снега на Зигальге уже в июле не было.

Большой Шолом, самая высокая гора на хребте Зигальга, находящаяся на крайней юго-западной оконечности хребта, третья по высоте (после Яман-Тау и Иремеля) гора Южного Урала- 1425 м.

Название Большой Шолом дано этой высокой куполообразной горе русскими переселенцами — рабочими южноуральских заводов, скорее всего белорецких. Древнерусское слово шелом — «шлем» со временем стало обозначать также «холм», «бугор». В топонимии русского Севера находим не одно Шеломя: так называются деревни, расположенные на холмах. Во многих русских говорах и сейчас есть слово шолом — «холм», «бугор». Именно это слово закрепилось и в названии самой высокой вершины Зигальги, но с вполне обоснованной добавкой, указывающей на величину, — Большой Шолом.

Нары (башкирское Нэре), хребет в междуречье Малого Инзера и Тюльменя к ЮЗ от Зигальги. Длина-45 км, максимальная высота-1328 м. Одна из высоких вершин в северной части хребта за характерную форму получила название Копешка.

На почве башкирского языка название удовлетворительно не объясняется, поэтому его сравнивали с мансийским Нёр — «каменистая вершина», «Урал» и даже с загадочными Норосскими горами греческого географа Птолемея. Второе предположение — из области фантастики, первое — нуждается в дополнительной аргументации.

Более интересно сравнение с финно-угорским корнем, отраженным в коми ныр, марийском нер, мордовском нерь, нярь, саамском ниэрра — «нос»: известно, что слово со значением «нос» в самых различных языках употребляется и в смысле «мыс», «горный отрог». Хребет Нары, находящийся между долинами двух рек, из-за своего окраинного положения (по отношению к наиболее высоким хребтам Южного Урала) вполне может рассматриваться как такой отрог (ср. Саледы на Приполярном Урале).

Русское население связывает название хребта со словом нора, но это явная народная этимология.

Байрамгул, хребет на правобережье реки Тюльмень к СЗ от хребта Нары. От тюркского имени Байрамгул, в основе которого слово байрам — «праздник».

Белягуш, хребет на правобережье Инзера к 3 от южной оконечности хребта Нары. Вторую часть названия «гуш» (в местном произношении гош) башкиры довольно часто связывают со словом кош — «птица», которое а сложных словах выступает и в форме «гош» (ср. байгош — «неясыть», карагош — «стервятник»). Первая часть названия обыкновенно остается без толкования, только в одном случае было сказано, что здесь скрыто слово бил — «поясница» и переводить надо «Птица с поясницей». Все это, конечно, очень походит на народную этимологию. Интересно совпадение основ в двух неясных оронимах — Белягуш и Белятур.

Калты, хребет, идущий между Белягушем и рекой Тюльмень в меридиональном направлении. Местные жители переводят на русский язык «Остался», «Осталась», «Осталось» (башкирское калыу — «остаться»), при этом рассказываются различные легенды об убежавшей невесте (остался жених, обычно старик), умершем муже (осталась жена), покинутом поселении (осталось место) и т. п.

Яман-Тау, гора к ЮЗ от хребта Нары на правом берегу реки Малый Инзер в 10 км выше места слияния Большого и Малого Инзера. На картах и в справочниках обычно — гора Малый Яман-Тау (в отличие от Яман-Тау в вершине реки Большой Инзер — наиболее значительной вершины Южного Урала). В переводе с башкирского языка — «Плохая гора», «Дурная гора».

Горы между широтным участком верхнего течения реки Ай и участками верхнего течения Большого Инзера и Белой приблизительно по 54° с. ш. (восточные хребты и Белорецкое поднятие)

Салтанка, гора на левом берегу реки Ай близ устья реки Салтанка к 3 от Златоуста. В записи XIX в.- Солтанка. От тюркского имени арабского происхождения Султан — «Повелитель», «Государь». Необязательно из башкирского или татарского языка, так как слово султан и его фольклорное соответствие салтан (солтан) издавна бытуют в русском языке. Неизвестно, что первично — название горы или реки.

Татарка, гора на левом берегу Ая на северозападной окраине Златоуста. В источнике XIX в.-Татарские горы. От этнонима татарин. Гор с этим названием на Южном Урале много (близ города Сатка, около хребта Кумач и т. п.). Они свидетельствуют о том, что казанские татары играли значительную роль в освоении Южного Урала. Надо, правда, заметить, что русские в старину называли татарами и других «инородцев» Урала и Сибири.

Уреньга, длинный хребет (около 70 км) между Златоустом и верховьем реки Ай (высшая отметка — 1198 м).

И. И. Лепехин в XVIII в. записал это название в виде Уренга и Уранги и перевел «Кленовый», а П. С. Паллас тогда же зафиксировал в формах Урянгетау, Урангетау, из которых первая является точной передачей татарских слов урэнгге — «клен», «кленовый» и тау — «гора». Таким образом, Уреньга действительно «Кленовый (хребет)». Путешественники XVIII в. явно сделали записи у татарского населения (златоустовских татар), поскольку местные башкиры из Учалинского района для обозначения понятий «клен», «кленовый» употребляют другое слово (саган). Хребет они называют, как и татары, Урэнгге, но перевести этот ороним не могут.

Из названий гор следует отметить метафорическое наименование Сундуки (в центральной части хребта) и русскую народно-этимологическую переделку Коротыш из татаро-башкирского Кара-Таш — «Черный Камень» (в южной части).

Свиридиха, отдельная гора к ЗЮЗ от горы Сундуки на хребте Уреньга. От русского личного имени Свирид, разговорной формы от Спиридон, при помощи суффикса «иха».

Насырка, отдельная гора на левобережье Ая к ВСВ от горы Коротыш на хребте Уреньга. От тюркского имени арабского происхождения Насир — «Помощник», «Друг», «Победитель». Первоначально, очевидно, Насир-Тау. В русском языке географический термин был утрачен, а личное имя осложнено суффиксом «ка».

Елауды (башкирское Ялауды), в различных письменных источниках и на картах — Елавда, Евлавда, Ивалда, Ивалды и т. п. Под этим названием известна одна из вершин в южной части хребта Уреньга (1116 м) между горами Сундуки и Коротыш. Иногда так называют и всю южную часть Уреньги, начиная от горы Елауды, а также хребет Ягодный (Ягодные горы), которые являются юго-западным продолжением Уреньги.

Местные башкиры утверждают, что название Ялауды надо переводить «Облизанная гора». Это позволяет связать его с башкирским глаголом ялау — «лизать», «облизать». На первый взгляд, нелепое название легко объяснимо, если учесть, что у русских один из объектов, называемых Елауды, именуется хребтом Ягодным по словам местных жителей, раньше там было много малины. Башкиры иногда называют хребет Ягодный Елэк-Тау — «Ягодная гора».

Бияцкие шишки (Биякские шишки, Бияк), две горы между хребтом Ягодным и рекой Березяк. От башкирского бейек — «высота», «высокий». О термине шишка см. Захарова Шишка.

Аваляк, хребет в верховьях Белой, идущий в юго-западном направлении от истока Ая к реке Большой Авняр. Может рассматриваться как юго-западное продолжение Уреньги. С запада к хребту примыкает горный массив Иремель.

По мнению некоторых исследователей (Г. Е. Корнилов, М. И. Альбрут), это название, известное уже И. И. Лепехину в XVIII в. (Аваляк, Авеляк), восходит к башкирско-татарскому аулак — «безлюдный», «глухой» (в других тюркских языках также — «место охоты», «место, изобилующее дичью»). Русское старожильческое население называет хребет Уваляк, та же форма регулярно употребляется в «Горном журнале», 1842, № 1.

Иначе в «Словаре топонимов Башкирской АССР», где допускается происхождение названия хребта от созвучного антропонима.

На северо-восточном конце хребта скалистая гора с характерным тюркским (башкирским) названием Кара-Айгыр — «Черный Жеребец» (на некоторых картах — гора Аваляк).

Иремель, одна из самых высоких и красивых гор Южного Урала, которую башкиры раньше считали святой. Расположена близ истоков Белой между хребтами Аваляк и Бакты, но орографически принадлежит к хребту Аваляк, являясь его мощным западным отрогом. Имеет две вершины — Большой Иремель (1582 м) и находящийся севернее Малый Иремель (около 1400 м). Вершину Большой Иремель называют еще Большой Кабан («кабаны» — отдельные возвышенности с плоской — «столовой» — поверхностью и террасированными склонами; это слово восходит к башкирскому кэбэн — «стог»; таких «кабанов» много и на других хребтах и горах Южного Урала). На СЗ от горы Большой Иремель отходит отрог Жеребчик (от русского жеребец), на ЮЗ-гора Синяк (от русского синий).

В «Кратком топонимическом словаре» В. А. Никонова, многотомном издании «Россия» под редакцией В. П. Семенова-Тян-Шанского и ряде популярных изданий, особенно в туристских путеводителях, утверждается, что в переводе с башкирского языка Иремель — «Священная (гора)». Но «святой», «священный» по-башкирски и по-татарски изге.

Возможно, имелись в виду башкирско-татарские слова ырым — «заклинание», «колдовство», ырымлы — «заговоренный», «заколдованный», но они никак не соответствуют по своему звуковому составу башкирскому звучанию топонима — Ирэмэл.

В источниках XVIII в. также фиксируется форма Ирэмэл с теми или иными искажениями: Иремян, Эренял (В. Н. Татищев), Ирямэля Тау, Ирямяли Тау (П. И. Рычков), Ирямял Тау (И. И. Лепехин — неоднократно). Однако никто из путешественников XVIII в. не записал объяснение названия, не удалось услышать его ни в одном из обследованных пунктов Башкирии и сотрудникам топонимической экспедиции Уральского университета. Были только интересные с фольклорной точки зрения, но ничего не дающие для этимологии рассказы о башкирском герое по» имени Иремель (Ирэмэл).

Это заставляет искать другие пути. Вот один из них. В некоторых тюркских языках есть слово эмэл (в русской передаче эмель) — «седло», «седловина», восходящее к монгольскому эмээл — «седло». Это слово нередко встречается в названиях перевалов Тянь-Шаня, Алтая и других гор Средней Азии и Южной Сибири.

Известно, что в названиях башкирских гор сохранилось много элементов седой старины, которые необъяснимы из современного башкирского языка. Если допустить, что тот же монгольский элемент некогда был в языке башкир или их тюркских предшественников, то Иремель легко истолковать как «Седло мужчины (героя)», или «Седловина мужчины (героя)», ведь слово ир в башкирском языке «мужчина», «герой». Кто видел Иремель, легко может обнаружить в этой исполинской, наискось усеченной пирамиде сходство с гигантским седлом, и тогда это цветистая метафора в истинно восточном вкусе. Но может быть и так, что имеется в виду обширная седловина между горой Большой Иремель и горой Малый Иремель, или горная долина между Малым Иремелем и Жеребчиком, как думает В. Чернецов, который предлагает толковать название горы «Седло всадника». Где правда — решить трудно.

Авторы «Словаря топонимов Башкирской АССР» дают близкое решение: от тюркского ир (из эйэр — «седло») и монгольского эмэл — «седло», «седловина».

Таким образом, благодаря своей характерной форме и величине, Иремель стал привлекательным объектом для образного восприятия, но образы, конечно, рождаются разные. Например, для Д. Н. Мамина-Сибиряка Иремель — «громадный корабль, севший на мель и загородивший течение».

Очень осложняют и без того трудный случай названия трех речек в верховьях Миасса Иремель, иногда Еремель (Большой, Средний и Малый) и горы Иремель, или Иремельская сопка приблизительно в 30 км южнее Златоуста. У П. С. Палласа — ручей Еремел и гора Еремелтау. Башкирская форма названия речек, по «Словарю топонимов Башкирской АССР» — Ирэмэл Йылгаhы, то есть «Иремельская речка». Этот топоним может оказаться переносом с названия горы Иремель, и тогда в наших построениях ничего не меняется. Если же миасские названия возникли независимо от оронима Иремель, то возможно, что они восходят к башкирско-татарскому ырымлы — «заговоренный», «заколдованный» или какому-нибудь другому слову, а затем были сближены по народной этимологии с наименованием знаменитой горы Иремель (Ирэмэл).

Сук-Таш, гора, примыкающая с 3 к горному массиву Иремель. По Н. И. Шувалову, от башкирского сыуык (суук) — «холодный», т. е. «Холодный Камень» (ср. Сука), поскольку «Гора имеет много довольно глубоких карстовых провалов, на дне которых выбиваются студеные родники, отчего и камни здесь всегда сырые и холодные». В «Словаре топонимов Башкирской АССР» аналогичное название деревни и скалы Сук-Таш в Кигинском районе объясняется по-другому — «Торчащий островерхий Камень». Местные русские называют гору Сук-Таш Сундуки (ср. такое же название горы на хребте Уреньга), потому что на ней камни «как сундуки накладены». Это аргумент в пользу версии башкирских ученых.

Бакты, хребет на правом берегу реки Юрюзань между хребтами Нургуш и Кумардак. В различных письменных источниках XVIII-XIX вв. указывают также формы Бекты (Бекта), Быкты, Бахты, местное русское население называет хребет чаще всего Бехта или Бихта, но при объяснении исходить надо из башкирской формы названия — Бакты. Она может рассматриваться как 3-е лицо единственного числа прошедшего времени от глагола багыу — «смотреть», «глядеть» (бакты) и, следовательно, переводиться «Смотрел», «Глядел». Такие глагольные названия для тюркских языков обычны. Что касается значения топонима — «Гора, с которой глядят», то оно характерно для самых разных языков. Так, в русской оронимии, в частности, на Урале часто встречаются названия гор Гляден. О возможности возникновения таких имен в топонимии свидетельствуют и башкирские личные имена типа Бактыхужа — «Взглянул хозяин», Бактыураз — «Взглянуло счастье», Уразбакты — «Счастье взглянуло», Исэнбакты — «Живой взглянул» и т. п.

В общем, почти так же объясняется ороним Бакты в «Словаре топонимов Башкирской АССР»: от бак — «смотри; смотровая», с аффиксом «ты».

Самую высокую вершину на хребте Бакты местное русское население называет Белые Гребни.

Баштур, гора на правобережье Белой в 15 км к ЮВ от южной оконечности хребта Бакты. Ороним находится в одном ряду с такими названиями, как Белятур, Силитур и т. п., содержащими загадочный географический термин тур. Если компонент баш является тюркским по происхождению (башкирское баш — «голова», «вершина», «главный»), то есть все основания считать и компонент тур тюркским, рассматривая его как забытый географический термин, сохранившийся только в топонимии. Нельзя, однако, исключить, что компонент баш появился в результате переделки до-башкирского названия в башкирском языке на почве народной этимологии (подробнее см. Белятур).

Столбы, гора на правобережье Белой в 6 км к 3 от рабочего поселка Тирлянский. Местное русское население называет также эту гору Столбище, поясняя, что на ней «скалы торчат как столбы».

Инзерские Зубчатки (Инзерские Зубцы), хребет между верховьями рек Большой Инзер и Тирлян (15 км на ЗСЗ от рабочего поселка Тирлянский). Назван по реке Инзер и живописным, резко выделяющимся скалистым вершинам («зубцам»), которые протянулись на несколько километров.

Кумардак, хребет между хребтом Бакты и южной оконечностью хребта Машак. Наибольшая высота — 1318 м.

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» приводится башкирская форма этого названия (Кюмэрзэк) и ее толкование (кюмэр-«горбатый», зэк-суффикс).

Возможно, однако, что не следует отрывать ороним Кумардак от других названий на ардак, ердак типа Маярдак, Зильмердак. В этом случае необходимо членить Кум-ардак (Кюм-эрзэк), но происхождение названия и его значение пока не установлены.

Машак, хребет между верховьями рек Малый Инзер и Юрюзань. Начинается в 8 км к ЮВ от горы Большой Шолом и первоначально идет в юго-западном направлении, а затем от наиболее высокой вершины — горы Широкой (1341 м) круто поворачивает на юг. Другие высокие вершины хребта-Медвежья (1307 м) и Стожок.

Название сопоставляется с башкирским башак (в диалектах — машак) — «колос», ук башагы — «наконечник стрелы». Это изящная метафора: хребет Машак издали действительно напоминает своей острой вершиной и ровными склонами наконечник стрелы или копья (именно так он выглядит, например, по наблюдениям автора, с хребта Зильмердак).

В записи И. Г. Георги (XVIII в.)-Машак, Машактау.

Яман-Тау, самая высокая гора на Южном Урале (1640 м). Находится в верховьях реки Большой Инзер к ЮЗ от хребта Машак, имеет две вершины — Большой Яман-Тау (1640 м) и Малый Яман-Тау (1519 м). В переводе с башкирского название означает «Дурная гора», или «Плохая гора» (яман — «дурной», «плохой», тау — «гора»): вершина горы часто бывает покрыта облаками и туманом, а на подступах к горе глухие места и болота. На вершине Яман-Тау обширное плато с камнями и скудной растительностью, непригодное в качестве пастбища.

И. И. Лепехин дает иное объяснение названию: «для всегдашнего снега, верх горы покрывающего, злою прозвана от башкирцев». В. Н. Татищев и П. И. Рычков также подчеркивают, что на этой горе всегда лежит снег.

На территории Башкирии есть еще несколько гор с названием Яман-Тау.

Куян-Тау, гора к 3 от Яман-Тау. От башкирского куян — «заяц», т. е. «Заячья гора». В Башкирии есть еще несколько гор с этим названием.

Белятур (по-башкирски Бэлэтур), хребет между реками Большой и Малый Инзер в их верхнем течении. На севере примыкает к горному массиву Яман-Тау, на юго-западе оканчивается отдельной горой Дюнян-Суйган (см.). К центральной части хребта с северо-запада близ поселка Кузелга примыкает отдельная гора Кара-Таш — «Черный Камень» (1171 м). Еще одна высокая вершина на хребте — гора Сундук-Таш («сундуками или сындыками башкиры называют все скалистые обнажения на гребне гор» — написано в одной работе по геологии Южного Урала конца XIX в., ср. названия Сундуки на хребте Уреньга и горе Сук-Таш).

Вопрос о происхождении названия Белятур очень сложен. Местное башкирское население не знает, что означает этот ороним, но топонимический анализ позволяет выделить в нем компоненты беля и тур. Основа беля обнаруживается еще в столь же загадочных названиях хребта Белягуш (см.) и горы Балятар, или Белетар (башкирское Бэлэтэр и Бэлэтур) на правобережье Белой к востоку от хребта Базал. Компонент тур засвидетельствован в ряде названий гор северо-восточной части Южного Урала (Силитур-тау, Силитур около города Куса, Сиратур, также Сератур, Саратур в верховьях Миасса, Баштур к ЮВ от хребта Бакты)

Основы «раскрываются» при помощи башкирского языка (силэ-«корпус телеги», баш-«голова», «главный», cap — «точило», «точильный» или сары — «желтый»). Можно подыскать удовлетворительное объяснение и для основы беля (башкирское бэлэ — «беда» однако компонент тур не находит достойных внимания аналогий в современном башкирском языке. Это заставляет думать, что слово тур пережиточно сохранилось только в топонимии, точнее, в оронимии. О его значении можно лишь догадываться (гора, хребет, камень?). Но поскольку тюркским языкам не известны оронимические термины типа тор, дор, тур, дур (ср., впрочем, киргизское тор — «высокогорное пастбище»), допустима и версия о связи названий на тур с древним добашкирским субстратом. В этом отношении интересны иранские данные: осетинское дур, дор — «камень», отраженное и в топонимии (названия гор: Шавдор — «Черный Камень», Сагдор — «Олений Камень», Стурдор — «Большой Камень» и др.), таджикские тор — «верхушка», торак — «вершина», язгулямское тур — «верх», «верхний». Но, во-первых, предположение об иранском (скифо-аланском) субстрате в Башкирии пока не доказано (его должны подтвердить другие оронимические и гидронимические факты), а во-вторых, с этой гипотезой плохо сочетается легкость истолкования первого компонента оронимов на тур из башкирского языка, что, впрочем, можно объяснить народной этимологией, столь характерной для башкирской топонимии.

Таким образом, если слово тур не окажется архаизмом, некогда существовавшим в башкирской лексике, или пока не зафиксированным диалектизмом, версия о его субстратном происхождении остается в силе. В связи с этим любопытны два момента. Во-первых, тюркское слово бэлэ — «беда» является арабизмом, широко распространенным и в иранских языках (осетинский, персидский, таджикский, иранские языки Памира), а во-вторых, и это достойно особого внимания, рядом с хребтом Белятур — «Несчастный Камень» (?) находится Яман-Тау — «Плохая гора», а рядом с хребтом Белягуш (ср. таджикское кух — «гора») — «Гора Несчастье (?)» — Малый Яман-тау. Может быть, это и не случайно. С другой стороны, надо иметь в виду и иранское бала — «вершина», «высокий».

Дюнян-Суйган, также Дунан-Суйган, отдельная гора, примыкающая с ЮЗ к хребту Белятур (1091 м). Название это относится к области коневодческого быта башкир и переводится «Жеребца зарезали» (дунэн — «жеребец (трехгодовалый)», hуйган — причастие прошедшего времени от глагола hуйыу — «зарезать»). Картографическая форма татаризирована (татарское сую — «резать»).

Капкалы (русское Капкалка), гора в 15 км к Ю от Яман-Тау. От башкирского капка — «ворота», капкалы — «с воротами».

Ялангас, гора (1297 м) в 10 км к В от горы Капкалы и в 15 км к ССЗ от Белорецка (башкирская форма Ялангас-Тау). По-башкирски ялангас — «открытый», «голый» (о местности), тау — «гора», следовательно, «Открытая гора», «Голая гора». Встречается этот ороним и в других районах Башкирии.

Малиновая, гора в 10 км к СЗ от Белорецка (1152 м). Иногда — Малиновый хребет, Малиновые горы, Малиновка. Название дано за обилие ягод (малины), что хорошо подтверждается башкирским названием горы Елэк-Таш — «Ягодный Камень».

Мраткина (башкирское Морат), гора в городе Белорецке. От башкирского антропонима Морат. В русском языке был присоединен суффикс «ка» и произошла утрата безударного гласного: Моратка — Мраткина (гора).

Маярдак (по-башкирски Мэйэрзэк), хребет на правом берегу Белой в 15 км к 3 от Белорецка. В «Словаре топонимов Башкирской АССР» выделяется формант зэк — «гора» и основа мэйэр с неизвестным значением. В записи топонимической экспедиции Мэйэрзэк — имя башкира. Это похоже на народную этимологию. Убедительнее выделить компонент эрзэк (ардак) и связать с другими названиями этого типа (см. Зильмердак).

Яндык (по-башкирски Йэндек), гора в южной части хребта Маярдак. Иногда название Яндык употребляется и по отношению ко всему хребту. От башкирского диалектного йэндек (литературное йэнлек) — «зверь», «звериный». Название дано за обилие зверя, дичи. На хребте много и других охотничьих названий: Кэзэ аткан — «Где застрелили косулю» и т. п. (Г. К. Валеев).

Западная часть к югу от широтного участка нижнего течения Инзера до широтного участка среднего течения реки Белой (приблизительно по 54° с. ш.), включая предгорья

Улу-Тау (по-башкирски Оло-Тау), невысокий, но длинный (до 30 км) хребет, идущий с ССВ на ЮЮЗ от реки Басу к реке Зилим, один из хребтов, ограничивающих горную Башкирию с запада. В переводе на русский — «Большая гора». Есть горы с такими названиями и в других местах Южного Урала (на хребте Ирендык и севернее Верхнеуральска).

Ак-Биик (башкирское Ак-Бейек), гора, примыкающая с В к хребту Улу-Тау (16 км к ЮВ от села Архангельское). В переводе с башкирского языка «Белая высота», «Белая гора». В Башкирии есть и другие горы с названием Ак-Биик — на хребтах Базал, Баштин, в долине Большого Инзера.

Иман-Арка, гора на правом берегу реки Кургаш к ЮВ от горы Ак-Биик. По-башкирски Имэн-Арка — «Дубовая возвышенность».

Тимер-Арка, невысокий хребет, идущий к В от Улу-Тау между реками Кургаш и Зилим в направлении ССВ — ЮЮЗ. От тимер — «железо» и арка — «хребет», т. е. «Железный хребет». Здесь ранее добывалась железная руда.

Магаш, отдельная гора на правом берегу реки Зилим в 15 км к 3 от хребта Улу-Тау. Начиная с Дж. Г. Киекбаева, сравнивают с венгерским магаш — «высокий», исходя из известной гипотезы о былом пребывании венгров в Башкирии. Сопоставление это очень заманчиво, но оно нуждается в дополнительной аргументации и, в частности, прежде всего необходимы дальнейшие поиски венгерской топонимии в долине Белой.

Кыр-Таш, гора на левом берегу реки Зилим в 9 км к В от села Саитбабино.

В литературном башкирском языке кыр — «поле», «полевой», также «дикий», таш — «камень», следовательно, возможен перевод «Дикий Камень», надо, однако, иметь в виду, что слово кыр в башкирских диалектах может иметь и другие значения, например, «кряж» «хребет», «скальный гребень».

Фатима-Таш, гора к Ю от горы Кыр-Таш в 15 км к В от рабочего поселка Красноусольский. В переводе с башкирского — «Камень Фатимы» (Фатима — женское тюркское имя арабского происхождения, таш — «камень»).

Карамалы, отдельная гора в 21 км к В от рабочего поселка Красноусольский. В башкирском языке карама — «вяз (дерево)», карамалы — «вязовый», следовательно, «Вязовая». На территории Башкирии есть множество других гор и рек с этим названием.

Такаты (иногда Такаты-Арка), хребет, идущий по левому берегу реки Зилим от устья реки Большой Реват к северному концу хребта Ала-Тау. По-башкирски тэкэт — «терпение», тэкэтте коротоу — «выходить из терпения», «надоедать». Местные жители так и объясняют — «Терпение лопнуло» (потому что трудно подниматься).

Биик-Тау, невысокий горный хребет меридионального направления к Ю от рабочего поселка Красноусольский (между правыми притоками Белой — Усолкой и Зиганом).

По-башкирски бейек — «высокий», «высота», тау — «гора», следовательно, «Высокая гора». В Башкирии есть и другие горы с этим названием.

Прекрасная иллюстрация к тезису, что представление о высоте относительно: в предгорьях кажется высоким хребет, который в центре горной страны мог бы получить название со значением «низкий».

Шиханы (Стерлитамакские Шиханы), горы-одиночки на правом берегу Белой в районе Стерлитамака, для которых характерна коническая форма с крутыми склонами. Наиболее известны — Юрак-Тау (см.), Куш-Тау (см.), Тура-Тау (см.). Географический термин шихан — «холм, особенно крутой, островерхий», а также «верхушка горы» широко распространен в русских говорах и русской топонимии Южного Урала, южной части Среднего Урала, Среднего и Нижнего Поволжья: гора Шихан близ Саратова, урочище Шиханы западнее Бузулука, гора Шихан на окраине города Усть-Катав, горы Синий Шихан и Аракульский Шихан в Челябинской области, Баклушин Шихан на тагильском Урале и другие.

Есть предположение, идущее от В. И. Даля, что географический термин шихан заимствован из татарского языка, но пока никто не смог указать, какое именно татарское слово было заимствовано. Учитывая, что этот термин бытует прежде всего в русских говорах, можно высказать и другое предположение: слово шихан произведено от географических терминов шиш, шишка, обозначающих остроконечные вершины во многих местах нашей страны (Волчьи Шишки на Кольском полуострове, Круглая Шишка, Шелвягина Шишка, Осиновая Шишка в Челябинской области, Быструхинский Шиш на Алтае и т. д.). Путь образования (шиш, шишка — шихан) здесь примерно такой же, как в случае плешь — прозвище Плехан (фамилия Плеханов). Надо, однако, учитывать и данные тюркских языков, в частности, башкирское диалектное шэке — «пик», так что окончательное решение вопроса еще впереди.

Юрак-Тау, гора на правом берегу Белой к ССВ от Стерлитамака. Один из стерлитамакских шиханов. П. И. Рычков в «Топографии Оренбургской губернии» правильно толкует «Гора Сердце» (башкирское йурэк — «сердце», тау — «гора»).

Вот какую легенду рассказывает об этой горе А. Д. Коптяева в очерке «Люблю тебя, Башкирия»:

«В далекие времена парень полюбил девушку. Она сказала: если хочешь доказать свою любовь, принеси мне сердце твоей матери.

Сын разорвал грудь матери и понес ее сердце девушке. Но по дороге он споткнулся и уронил сердце в пыль. Умирающее сердце встрепенулось, участливо спросило: «Не ушибся ли ты, сынок?» — и окаменело. Так на этом месте возникла гора Юрак-Тау, что значит «Сердце-гора».

Куш-Тау, гора на правом берегу Белой к ВСВ от Стерлитамака, один из стерлитамакских шиханов. В «Топографии Оренбургской губернии» это название приводится в форме Кош-тау и сопровождается переводом «Двойная гора» (по-башкирски куш — «парный», «двойной», «пара»).

Тура-Тау, или Тра-Тау (башкирское Тыра-Тау), гора на правом берегу реки Белой против Стерлитамака. Еще П. И. Рычков в «Топографии Оренбургской губернии» писал, что на этой горе, «по сказанию башкирцев, живал некоторый ногайский хан, почему она и называется Тура», «ибо тура по ногайскому наречию значит земляной городок или вал». И. И. Лепехин переводит это название «Городковая гора».

Авторы «Словаря топонимов Башкирской АССР» сравнивают с древнебашкирским тура, тора, тыра — «городок», «крепость», древнетюркским тура — «укрепленное жилище», «крепость» и указывают, что, по данным башкирских шежере, гора Тыра-Тау была в древности местом ставки башкирских ханов.

Кадералы, меридиональный хребет около 30 км длиной между верховьями реки Зиган и рекой Урюк.

По-башкирски кэзерле — «дорогой», «почетный», «почтенный», также «заветный», «заповедный», «сокровенный», по-татарски кадерле — «дорогой», «драгоценный», «заветный». Если это сопоставление верно, то надо считать, что название выступает в татаризированной форме.

Ак-Кыр, гора на правом берегу реки Нугуш в 10 км к ЮЮВ от южной оконечности хребта Кадералы. В переводе с башкирского, подтвержденном местными жителями,- «Белый хребет».

Баш-Ала-Тау, хребет на правобережье рек Урюк и Нугуш к ЮЮЗ от хребта Кадералы. Длина — более 30 км, наиболее значительная вершина — гора Красный Камень. В переводе с башкирского Ала-Тау — «Пестрая гора», Баш — «Главный», то есть «Главная Пестрая гора». О поводе наименования см. Ала-Тау.

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» указывается, однако, что компонент Баш в этом случае возник «в географической литературе» (от Башкирский).

Баля, гора на правом берегу Белой к ЮЗ от хребта д Баш-Ала-Тау. От башкирского бэлэ — «беда» («Словарь топонимов Башкирской АССР»).

Горы между участками верхнего течения Большого Инзера и Белой приблизительно по 54° с. ш. до широтного участка течения Белой приблизительно по 53° с. ш.

Зильмердак, длинный (более 70 км) хребет меридионального направления между рекой Инзер и рекой Зилим (притоком Белой) в ее верхнем течении. Орографически находится между хребтами Бирьян и Баштин. Максимальная высота — 921 м. По-башкирски соответственно Елмэрзэк (хребет) и Езем (река), В. Н. Татищев приводит название хребта в форме Джилмерзак. В русских источниках XIX в. хребет называется Ильмерзак. В башкирских шежере, по данным Р. 3. Шакурова, река Зилим — Жирем, Жилем, Житем, Четум, Жезем; у П. И. Рычкова и П. С. Палласа — Илим, что позволяет сравнить этот гидроним с названием левого притока Чусовой — рекой Илим. Формы с начальным «з» — Зильмердак и Зилим — результат татарского посредства.

А. А. Камалов предполагает, что в компоненте дак (зэк) скрывается древнебашкирский географический термин со значением «гора» (можно сравнить с древнетюркским таг — «гора»). В начальном компоненте ел (зил) можно усмотреть башкирское слово «ветер». Именно это, очевидно, явилось основанием для многочисленных народно-этимологических объяснений названия, распространенных среди местного населения, связывающих название хребта со словом ел — «ветер» или глаголом елберзэу — «развеваться», «колыхаться». При этом рассказывают о больших ветрах на Зильмердаке, о том, что на вершине этого хребта во время войны поставили флаг, и он там развевался и т. п. Одно из этих народно-этимологических объяснений проникло и в «Словарь топонимов Башкирской АССР», в котором ороним Елмэрзэк сопоставляется, правда, в осторожной форме с елмэр, елбэр (ел — «ветер», бар — «есть») и зэк — «гора».

При объяснении названия Зильмердак нужно учитывать два обстоятельства.

Во-первых, хребет Зильмердак расположен в верховьях реки Зилим, и эти два названия невозможно отрывать друг от друга (ср. основу Зильм и название реки Зилим, в памятниках XVIII-XIX вв. соответственно Джилм, Ильм и Илим). Правда, в современном башкирском языке есть различие в звуках — Елмэрзэк, но Езем, однако хорошо известно, что в башкирском языке «з» в ряде случаев восходит к «л». Вполне могло быть так, что в одном слове с забытым смыслом и более трудном для произношения из-за длины произошла утрата гласного и «л» оказался перед согласным (Елмэрзэк из предполагаемого Елемэрзэк), в другом, где «л» оказался между гласных, он перешел в «з». Если это построение верно, то элемент Зильм в орониме надо толковать просто как «Зилимский», поскольку наименования рек обычно древнее и, кроме реки Зилим (Илим) в Башкирии, есть еще река Илим, впадающая в Чусовую.

Во-вторых, в ряде башкирских оронимов регулярно повторяется элемент ардак, ердак (в башкирском — эрзэк). Кроме названия Зильмердак, можно привести:

Авдардак, хребет близ истоков рек Басу и Кургаш (по-башкирски Эузэрзэк), Маярдак, хребет западнее Белорецка (по-башкирски Мэйэрзэк), Аджигардак (см.), хребет к востоку от города Аша, наконец, Кумардак (по-башкирски Кюмэрзэк), если только это название не членить Кумар-дак (подробнее см. Кумардак).

Компонент ардак, ердак не объясняется из современного башкирского языка, а перечисленные оронимы обычно толкуются местным населением только на уровне народной этимологии и с большим трудом. Не случайно и составители «Словаря топонимов Башкирской АССР», анализируя ороним Маярдак и выделяя в нем элемент дак — «гора», указывают, что значение основы Маяр неизвестно.

Между тем такая повторяемость компонента ардак, ердак и наличие элемента Зильм («Зилимский»), в орониме Зильмердак позволяют допустить, что в этом компоненте скрывается какой-то географический термин. Он, разумеется, может оказаться и древнебашкирским, но вышедшим из употребления словом (ср. Ардакты), однако нельзя исключить и его субстратный характер. В порядке очень проблематичного предположения можно сравнить ардак, ердак с осетинским ардаг — «половина», «сторона», допуская в Башкирии существование скифо-аланского субстрата (ср. тур в Белятур).

Местное башкирское население часто называет Зильмердак просто Арка — «Хребет». На этом длинном хребте много вершин. Среди них: Кейэу-Уйгэн — «Зять сложил» (некто женился и сложил в честь этого кучу камней), Канлы — «Кровавая», Май-Каскан — «Масло убежало», Эт-Аткан — «Собаку стреляли», Таш-Ой — «Каменный дом» (в горе есть пещера), Морон — «Мыс» (южная оконечность Зильмердака).

Реват-Биик (по-башкирски Рэуэт-Бейек), гора на левом берегу реки Реват, правого притока Зилима, к 3 от хребта Зильмердак. В переводе с башкирского «Реватская высота».

Сусак (Сусак-Тау), гора к В от хребта Зильмердак близ села Арышпарово. По-башкирски сусак — «сопка».

Сарлак, гора к В от хребта Зильмердак у села Арышпарово. Башкирское диалектное сарлак (литературное сарзак) — «чердак». Вероятно, метафора.

Кызлар-Карауылы, гора к В от хребта Зильмердак близ деревни Аисово. Башкирское кыз — «девушка» (кызлар — «девушки»), карауыл — «караул», «стража» (ы — аффикс принадлежности), т. е. «Караул девушек». Местные жители разъясняют: «Девчата смотрели, девчата охраняли».

Ябагы, гора к В от хребта Зильмердак в верховьях реки Зилим. От башкирского ябагы (ябагы тай) — «жеребенок-стригунок» (родившийся весной).

Ала-Тау, хребет на левом берегу реки Шешеняк (приток Зилима) к ЮЗ от хребта Зильмердак. В переводе с башкирского — «Пестрая гора». Так обычно называют горы с четко выраженными растительными зонами, а также горы, на которых долго удерживаются пятна снега. Это название широко распространено в тюркской топонимии: Джунгарский Ала-Тау в Средней Азии, Кузнецкий Ала-Тау в Южной Сибири и другие.

Калу (во многих источниках ошибочно — Колу), длинный меридиональный хребет между Зилимом и Нугушем на правобережье реки Шешеняк к ЮЮЗ от хребта Зильмердак. Длина хребта — до 60 км.

Башкирская форма этого названия Калыу дословно переводится «Оставаться», «Остаться». Местное население рассказывает различные легенды, которые в общем сводятся к тому, что кто-то на хребте остался или был оставлен (старый мулла, покинутый молодой женой; ребенок, которого нечем было кормить, и т. п.).

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» приведено название притока Шешеняка речки Калыуайыры (калыу — «оставшаяся», «крайняя», айыры — «приток», «рукав реки», «речка»).

Первичен скорее всего ороним.

Кук-Бия (башкирское Кук-Бейэ), гора на левобережье реки Зилим в 6 км к Ю от села Зигаза. В переводе с башкирского «Сивая кобыла» (кук — «синий», «сивый», бейэ — «кобыла»). Обычное для тюрков образное название, отражающее коневодческий быт.

Баштин, хребет между реками Зилим и Большой Нугуш к Ю от хребта Зильмеродак. В башкирском языке баш — «голова», «вершина», тин — «копейка». Один из местных жителей так и перевел название: «Голова-копейка», тут же добавив с недоумением: «Не клеится!». Действительно, толкование очень странно и похоже на народную этимологию. В этой связи любопытно, что В. Н. Татищев (XVIII в.) приводит название в форме Бештынь, и что у некоторых местных жителей оно записано с иной огласовкой в первом слоге — Бештин, Биштин. Неустойчивость звуков свидетельствует о забвении первоначального смысла названия, что естественно ведет к народной этимологии Возможно поэтому, что первоначально название звучало Биштин, то есть «Пять копеек»

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» упоминается местность Биштин в Благовещенском районе (ниже Уфы по течению реки Белой), которая по преданию была продана за пять копеек, и поле Биштин яланы в Учалинском районе. Может быть, и хребет Баштин в свое время был кем-то приобретен за эту сходную цену

Северная часть хребта по-башкирски называется Зур Баштин — «Большой Баштин», южная — Бэлэкэй Баштин — «Малый Баштин» На хребте много вершин Ак-Морон — «Белый Нос», Кара-Морон — «Черный Нос», Арка-Йорт — «Дом на хребте», Коза-Аш — «Сва-това еда», Кызырым-Тау — «Удобнопроходимая гора» Особенно красиво типично тюркское название одной из вершин Ала-Кузле — «Пестроглазая» (лес на этой горе чередуется с большими полянами).

Ардакты, хребет к Ю от хребта Баштин. Башкирские формы Арзакты и Эрзэкте в «Словаре топонимов Башкирской АССР» оставлены без перевода. Возможно, что в названии, осложненном аффиксом принадлежности «ты», скрыт забытый ныне башкирский географический термин арзак (эрзэк), или древнее субстратное слово. Подробнее см. Зильмердак.

Юрма-Тау, длинный меридиональный хребет (до 80 км) между верховьем реки Зигаза и рекой Белой у Старосубхангулово. Наиболее значительные вершины Исмакаевская в 5 км к 3 от села Исмакаево (от антропонима Исмакай), Беритэк — «Один склон», «Один подъем», Юрмашка, Малая Юрмашка

В картографических материалах, в географической и краеведческой литературе отмечена форма Юрма-Тау. Местное население чаще называет хребет Ярма-Тау, хотя записано и Юрма-Тау Первична, видимо, форма Ярма-Тау, которая переводится как «Крупяная гора» (ярма — «крупа», «пшено»), так как, по объяснению старожилов, на этой горе много россыпей мелких камушков, похожих на крупу. Форму Юрма-Тау обычно связывают со словом юрмэ — «род мясного кушанья», или с глаголами юрмэу — «шить через край», юртыу — «бежать рысью». Очень похоже, что все это уже из области народной этимологии.

Иначе в «Словаре топонимов Башкирской АССР», где название горы сравнивается с башкирским этнонимом юрмы.

Ср. также Юрма и башкирское диалектное йурмэ — «дремучий лес».

Кукашка, гора, западный отрог хребта Юрма-Тау в 10 км к ЮВ от села Зигаза. Башкирское словосочетание кук кашка переводится «сивое пятно». Название могло быть дано за характерное изменение цвета какой-либо части горы, причем сравнение извлечено из арсенала коневодческой терминологии. Однако в «Словаре топонимов Башкирской АССР» упоминается река Куккашка, название которой возводится к зоони-му. Это позволяет предполагать перенос наименования на горную вершину со смежного объекта.

Базал, хребет, идущий с ССЗ на ЮЮВ между хребтом Юрма-Тау и рекой Белой. В башкирском языке параллели не обнаружены, в «Словаре топонимов Башкирской АССР» толкование не дается. В порядке гипотезы можно сопоставить с древ нетюркским басал — «горный лук (черемша)».

На хребте вершины Кэзэ-Таш — «Козлиный Камень», Ак-Бейек — «Белая высота», Кымыз-Тубэ — «Кумысный холм» (здесь когда-то во время ночевки готовили и пили кумыс).

Байит-Тау, гора к В от хребта Базал у деревни Новосубхангулово. Башкирское бэйет — «народное стихотворное произведение, бейт», следовательно, Байит-Тау — «Гора, где (читали) бейты». Информанты рассказывают, что на этой горе раньше читали молитвенные стихи, когда кто-нибудь умирал.

Масим (по-башкирски Мэсем), гора (1040 м) на правобережье Белой к 3 от хребта Базал.

В башкирском народном эпосе фигурирует Масем-хан, или Масембай. Поскольку ставка этого феодала, по преданию, находилась в верхнем течении Белой, есть основания связывать название горы Масим с антропонимом Масемхан (Масембай).

Трудно сказать, что первично — название горы или фольклорного персонажа. В любом случае представляет интерес сообщение известного этнографа С. И. Руденко, который в книге «Башкиры» пишет, что на вершине горы Масим-Тау ему приходилось видеть «жертвы, принесенные хозяину-духу горы лицами, на нее поднимавшимися; жертвами чаще всего были или медные монеты, оловянные или серебряные украшения женских нагрудников, или, наконец, лоскутки материй, навешанные на деревья или привязанные к палке, воткнутой в расщелину между камнями на самой вершине скалы». Именно поэтому главная вершина Масима, очевидно, и названа Кызлар-Таш — «Девичий Камень». Знатоки этих мест единодушно утверждают, что скалы на главной вершине очень красивы (высокие столбы, сложенные розовыми кварцитами). Это, видимо, и сделало Кызлар-Таш местом девичьих праздников и ритуалов.

Очень важно, что в этих местах есть и другие горы и скалы, названия которых связаны с башкирским фольклором: гора Бабсакбей, гора Караhыйыр («Черная корова»), Атайсал («Зарежь, отец») и другие.

Баш-Тау, хребет с направлением ССВ — ЮЮЗ, идущий по правому берегу реки Белой между селом Нижнесерменево и рабочим поселком Верхний Авзян. Длина — до 40 км, наиболее значительная вершина гора Большой Шатак в центральной части хребта. В переводе с башкирского Баш-Тау — «Главная гора», «Головная гора», но дело в том, что Баш-Тау — картографическая форма, а местное население называет хребет Биш-Тау, или чаще Бишитэк, Бешэтэк (см. Большой Шатак).

Большой Шатак, наиболее значительная гора (1270 м) на хребте, который в одних картографических источниках назван Баш-Тау (см.), в других — Большой Шатак.

Башкирское название всего хребта — Бишитэк, Бешэтэк (реже Биш-Тау), форма Большой Шатак (или просто Шатак) является русской переработкой башкирского названия, а другие варианты оронима, встречающиеся на картах и в специальных работах (Шатан, Шайтан, Шатаг),- искажением названия. Русская форма Шатак возникла, видимо, давно. Во всяком случае, она зафиксирована уже И. И. Лепехиным в XVIII в.

Башкирское название Бишитэк, Бешэтэк переводится «Пять подолов (оборок)» в смысле «Пять склонов», «Пять подъемов» (биш, беш — «пять», итэк, этэк — «подол», «оборка», «подошва горы», «склон»). На хребте действительно пять вершин. Реже встречающаяся форма Биш-Тау переводится «Пять гор».

Яулык-Тау, или Яулык, в письменных источниках также Яулук, Явлук-Таш, гора в верховьях правого притока Белой реки Яулык к В от северной оконечности хребта Баш-Тау. В переводе с башкирского «Платок-гора». Неясно, что первично — название реки или горы.

Крака, горные массивы на левобережье Белой к В от сел Узян и Kaгa (наиболее значительная высота — 1037 м). Различают массивы Северный, Средний и Южный Крака. Геоморфолог Н. П. Вербицкая так описывает эту часть горной Башкирии: «Характерной особенностью рельефа массивов Крака является их сильная расчлененность. Густая перисто-разветвленная сеть рек и логов глубоко врезана в склоны, вследствие чего образовались узкие гребни, расходящиеся радиально от узловых водораздельных вершин».

По-башкирски хребет называется Кырака (В. Н. Татищев приводит форму Карака, отражающую уподобление гласных в русской или башкирской речи). Местное население считает, что название Кырака восходит к более древнему Кырк-Арка — «Сорок хребтов» (кырк- «сорок», арка — «хребет»), которое точно соответствует приведенной выше геоморфологической характеристике. Вполне можно допустить, что трудное для произношения Кырк-Арка в конце концов превратилось в Кырака, но пока еще сохраняет свой первоначальный смысл в народной памяти. Вместе с тем возможно и другое: перед нами просто удачная народная этимология, которая получила широкое распространение среди местного населения.

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» ороним возводится к башкирскому слову кырака — «хребет», «горный кряж».

Восточная часть (Урал-Тау, Ирендык и восточные предгорья)

Урал-Тау, водораздельный хребет, идущий с ССВ на ЮЮЗ через весь Южный Урал от железной дороги Златоуст — Челябинск до верховий Сакмары и Зилаирского плато. На ССВ к Урал-Тау можно отнести и почти весь водораздельный хребет до Карабаша, поскольку местное тюркское население также называет его Урал-Тау (картографическая форма — хребет Уральский). Общая длина Урал-Тау — 300 км, а с хребтом Уральским — до 340 км. Переводить ороним Урал-Тау надо просто «Уральский хребет» (подробнее см. раздел о происхождении слова Урал).

Нурали, меридиональный хребет в самом верховье реки Миасс. В произношении русских вследствие ассимиляции гласных обычно Нарали, поэтому и в письменных источниках часто встречаются варианты Нарали и Наралинские горы. От тюркского имени персидского происхождения Нурали (из Hyp Али — «Свет Али»).

Кутерды, гора в 11 км к В от хребта Нурали на левом берегу Миасса. От башкирского кутер — «трясина» с помощью аффикса принадлежности «ды», следовательно, Кутерды — «Трясинная». Дело в том, что ниже горы река Миасс протекает через обширное топкое болото.

Ауш-Тау, гора в 4 км к ЮВ от южной оконечности хребта Нурали близ озера Аушкуль (гору тоже иногда называют Аушкуль, ср. Зюраткуль). Больше оснований считать производным гидроним, так как башкирское ауыш, татарское авыш — «наклонный», «наклонившийся», скорее, можно отнести к названию горы («Наклонная гора»).

Кумач, хребет, идущий с ССВ на ЮЮЗ от верховьев реки Миасс к реке Уй. Состоит из массивов Большой Кумач (8 км на ЮВ от горы Ауш-Тау) и Малый Кумач. Близ хребта протекает речка Кумач, впадающая в Миасс. По объяснениям местного населения, в этих местах сеют хлеб, собирают хорошие урожаи, поэтому гора и называется по-татарски кумэч — «булка», «калач» (башкирское кумэс). Но, может быть, перед нами обычная метафора: форма горы подсказывает сравнение с круглым или овальным хлебцем.

Озонгур, хребет в 3 км к В от южной оконечности хребта Кумач. По-башкирски озон — «длинный». Компонент гур, видимо, возник из кыр — «поле», «кряж» («к» перешло в «г» после звонкого «н»). Хребет невелик (2,5 км), но узок и поэтому имеет продолговатую форму, что и могло найти отражение в значении названия — «Длинное поле», «Длинный кряж». Поскольку точная башкирская форма не установлена, надо также иметь в виду башкирское озан — «тетерев-косач», т. е. Озан-Кыр — «Тетеревиное (косачиное) поле (кряж)».

Шелканды, гора в 13 км к В от горы Большой Кумач. Вероятно, в основе названия башкиреско-татарское шалкан — «репа», шалканды — «репный». Значение «Репная» для горы несколько странно, но можно привести еще название горы Красная Репка на хребте Сулея и горы Шалкан-Тау — «Репная гора» близ деревни Мулдакаево в Белорецком районе Башкирии. Ср. также смежные «сельскохозяйственные» оронимы Кумач и Озонгур.

Май-Тюбя (башкирское Май-Тубэ), гора в 9 км к ЮВ от горы Большой Кумач. От башкирского май — «масло», «жир», тубэ — «холм», «возвышенность», т. е. Май-Тюбя — «Жирный (масляный) холм». Может быть, за хорошую траву в угодье (ср. название горы Масло на Полярном Урале). Ср. также смежные названия Кумач, Озонгур, Шелканды.

Ола-Тау, гора в 1 км к ЮВ от южной оконечности хребта Кумач. Видимо, неточно записанное башкирское Оло-Тау — «Большая гора».

Карагаз-Тау, гора на левом берегу реки Уй в 3 км к ЮЮЗ от южной оконечности хребта Кумач. Башкирская форма Карагас-Тау — «Лиственничная гора».

Малый Ирендык, хребет (СВ — ЮЗ) на правом берегу реки Уй между верховьями Уя и Урала. Длина — 15 км, наибольшая высота-922 м. См. Ирендык.

Уй-Таш, восточный отрог Урал-Тау в истоках рек Урал и Уй, которые берут начало соответственно на южном и восточном склонах. На главной вершине многочисленные скалы, из которых наиболее известна скала Палец. В переводе с башкирского название означает «Уйский Камень». В записи И. П. Фалька Уитау, то есть «Уйская гора» или Караташ — «Черная скала» («Черный Камень»). П. С. Паллас и И. И. Лепехин называют вершину, у которой начинаются реки Урал и Уй, Караташ — «Черная скала» («Черный Камень»).

Ала-Бия, скалистый хребет, примыкающий с ЮЗ к массиву Уй-Таш. Башкирское ала — «пегий», «пестрый», бейэ — «кобыла», т. е. «Пестрая кобыла». Метафорическое название из сферы коневодства, обычное для тюрков.

Таш-Мечеть, гора в 9 км на СЗ от массива Уй-Таш. Башкирское таш — «камень» и мэсет (татарское мэчет) — «мечеть», т. е. «Каменная мечеть». Метафора по сходству формы. Название руссифицировано.

Зенгур, гора в 11 км на ЗСЗ от массива Уй-Таш. Башкирское зэнггэр — «голубой», «синий». Географический термин тау (таш) утрачен в русском языке.

Яртуба (башкирское Яр-Тубэ), гора в 5 км к ЮЮЗ от массива Уй-Таш. В переводе с башкирского «Обрывистая вершина», «Обрывистый холм» (яр — «крутой берег», «обрыв»).

Янтык, гора в 12 км на ЮЗ от массива Уй-Таш. В башкирском языке слово янтык имеет значение «кособокий», «кривобокий». Такое название могли дать за специфичную форму. Несколько иначе в «Словаре топонимов Башкирской АССР», где привлекается древнетюркское янтык — «склон горы».

Нажим, иногда Нажим-Тау, название двух гор в 12 км на 3 и в 16 км на ЗЮЗ от массива Уй-Таш. От тюркского имени Наджим — «Звезда» или от Назим — «Держащий в порядке», «Устроитель», арабских по происхождению.

Карагужная, гора в 7 км на ЗЮЗ от горы Нажим (южной) и в 23 км на ЗЮЗ от массива Уй-Таш. Освоенное русским языком башкирское карагош — «стервятник». Несколько севернее находится гора Карагуш.

Бик-Батэр, гора в 12 км к ЮЮЗ от массива Уй-Таш. По-башкирски бейек — «высокий», батыр — «богатырь», «герой», т. е. «Высокий богатырь». Обычная для названий гор метафора, основанная на уподоблении горы человеку.

Ара-Тау, гора в 12 км на ЮЮЗ от массива Уй-Таш. В переводе с башкирского — «Средняя гора», «Промежуточная гора». Одна из вершин этой горы называется Беркутуя (по-башкирски Буркут-Оя) — «Орлиное гнездо».

Ишикаи, гора в 1,5 км к Ю от горы Ара-Тау. От башкиро-татарского личного имени Ишикэй. Местные жители связывают по народной этимологии с башкирским словом ишек — «дверь».

Аю-Аткан, гора к 3 от горы Ара-Тау. Башкирское айыу — «медведь», аткан — причастие прошедшего времени от глагола атыу — «стрелять», значит Аю-Аткан — «(Гора, где) стреляли медведя».

Каншал, гора в 5 км к ССВ от горы Ара-Тау. По «Словарю топонимов Башкирской АССР», от башкирских кан — «кровь» и шал (сал) — «ответвление», «отрог горы», «гора», т. е. Каншал — «Кровавый отрог».

Сияле-Тау, гора к ЮЗ от Ара-Тау близ деревни Бурангулово. Башкирское сейэле — «вишневый», т. е. Сияле-Тау — «Вишневая гора».

Серекайды-Тау (Серекай), гора в междуречье Урала и его правого притока реки Барал между населенными пунктами Бурангулово и Кирябинское. В башкирском языке серекэй — «комар», серёкэйде- «комариный», следовательно, Серекайды-Тау — «Комариная гора». У И. И. Лепехина — гора Чиркай с переводом «Мошкара».

Якуб-Тау, гора на левом берегу Урала к ЮВ от деревни Бурангулово. От тюркского имени Якуб, т. е. «Гора Якуба». По происхождению это древнееврейское имя, проникшее в тюркские языки через арабское посредство. В христианском именнике ему соответствует Яков. Первичное значение имени — «Идущий следом».

Каза-Тау, гора к 3 от села Кирябинское. Башкирское кэзэ — «коза», т. е. «Козлиная гора».

Япрак-Тау, гора между реками Бирся и Барал, притоками Урала в 6 км на ЮЮВ от села Кирябинское. В речи местного русского населения — Епрахта. На картах встречается ошибочная форма Диафрактау. Башкирское япрак — «лист», следовательно, Япрак-Тау — «Листовая гора». Местные жители рассказывают, что «много было листьев, богатый был урожай». Это объяснение, однако, не раскрывает причину наименования.

Кубяк, гора в 12 км на ЮЗ от Япрак-Тау. См. Кубякская.

Кубякская, гора в 24 км на ЮЗ от Япрак-Тау и в 3 км от деревни Кубяково. От башкирского антропонима Кубэк.

Калкан-Тау (Калкан), гора в 12 км к В от горы Кубяк близ озера Калкан (к ССЗ от города Учалы).

П. И. Рычков приводит в формах Калган и Калкан-тау с переводом «остальная, или крайняя гора». Это же толкование встречается в краеведческой литературе со ссылкой на башкирское калган — «оставшийся», «остальной», однако местное население утверждает, что ороним Калкан надо переводить «Защита» и дополнительно разъясняет, что «у воинов башкирских раньше такие пластинки металлические прикреплялись на груди для защиты от оружия». В башкирском языке калкан — «щит», калган — «оставшийся», «остальной», поэтому толкование Калкан-Тау как «Щит-гора» предпочтительнее.

Карагай-Тау, гора в 7 км на СВ от Калкан-Тау к С от города Учалы. В переводе с башкирского «Сосновая гора». Таких названий на Южном Урале очень много.

Таш-Яр, гора в 15 км к В от города Учалы. В переводе с башкирского языка «Каменный обрыв».

Ахунтова, гора в 12 км к ВЮВ от города Учалы. Современная башкирская форма — Ахун-Тау. Тюркский антропоним Ахун, или Ахунд является формой персидского по происхождению Агахудаванд — «Господин-владыка». Возможны два пути образования русской формы: от варианта Ахунд (Ахунт) с помощью русского суффикса ов(а) и от варианта Ахун с переработкой тюркского тау на русской почве в тов (а), подобно тому как из Урал-Тау (Орал-Тау) возникло Орал (ь) това гора.

Барангул, гора в 20 км. на ЮЗ от горы Кубякская и в 15 км к В от рабочего поселка Тирлянский (953 м). В основе башкирское личное имя Бурангол (в русской передаче Бурангул), в некоторых диалектах — Барангол, ср. названия башкирских деревень Бурангулово в Абзелиловском, Давлекановском и Учалинском районах.

Усту-Биик, гора на правобережье реки Урал в 15 км к В от горы Барангул. По-башкирски Осто-Бейек — «Острая высота».

Улу-Тау, гора на правобережье реки Урал в 2 км к ЮЮЗ от горы Усту-Биик. По-башкирски Оло-Тау — «Большая гора».

Уразы-Тау, гора в 25 км на ЮЮЗ от горы Барангул и в 20 км к В от Белорецка. Еще одна Уразы-Тау есть в Бурзянском районе Башкирской АССР близ Старосубхангулово. По «Словарю топонимов Башкирской АССР», возможно, от башкирского урэзе — «возвышенное, холмистое место». Население связывает с религиозным праздником ураза (мусульманский пост), видимо, по народной этимологии.

Узун-Кыр, хребет в 1 2 км на В от горы Уразы-Тау и в 18 км к ЗСЗ от города Верхнеуральска. В башкирском языке озон — «длинный», кыр — «поле», «кряж», т. е. «Длинное поле», «Длинная возвышенность» (длина хребта — 12 км). В 3 км от хребта — озеро Узункуль — «Длинное озеро». Озеро также имеет продолговатую форму, поэтому трудно сказать, какое название первично.

Таш-Кая-Тау, гора на левом берегу Урала в 15 км к ССЗ от Верхнеуральска. В переводе с башкирского — «Гора каменной скалы». На горе много каменных россыпей и скал, что и послужило причиной наименования.

Юкалы, гора на правом берегу Урала в 18 км на СЗ от Верхнеуральска. От башкирского юкэле — «липовый», т. е. «Липовая (гора)».

Извоз (Извоз-гора), гора в излучине Урала к 3 от Верхнеуральска. По объяснению Н. И. Шувалова, в XVIII-начале XIX в. «здесь проходил путь от горы Магнитной, где добывалась железная руда, на Белорецкий и другие железоделательные заводы. Крестьяне, возившие руду извозом, обычно останавливались на этой горе отдыхать, отсюда и пошло название…»

Мамеева, гора в 12 км к ВЮВ от Верхнеуральска. От башкирского антропонима Мэмэй (ср. мэмэй — «сладкое», «детская еда», но также «мямля»).

Куркак, хребет между верховьями рек Миндяк и Малый Кизил в 22 км на ВЮВ от Белорецка. Наиболее значительная вершина в южной части хребта тоже называется Куркак и имеет абсолютную отметку 1008 м (в некоторых источниках эта вершина именуется Кара-Таш — «Черный Камень»).

По-башкирски куркак — «трус», «трусиха», но нет уверенности, что название горы действительно связано с этим словом.

Кур-Таш, гора в 10 км на ВЮВ от Белорецка (Большой Кур-Таш-1021 м и Малый Кур-Таш). Г.Е. Корнилов объясняет из кор-таш — «тетеревиный камень».

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» название горы Курташ толкуется из кур — «богатый» и таш «камень».

Арвяк-Рязь, гора в 20 км к ЮЮЗ от Белорецка (1067 м). Этот ороним «сконструирован» по распространенному принципу гора называется по двум рекам, берущим около нее начало (река Рязь впадает в Белую слева, река Арвяк — приток Рязи). Сами башкиры называют эту гору Ряз (Рэз), Ряз-Таш (Рэз-Таш), то есть «Рязский Камень», или Арвяк. В географических работах 40-х гг гора именуется Рязьташ, в «Словаре топонимов Башкирской АССР» — Арвяк.

Уткаль-Таш, гора в 7,5 км на ЮЮВ от горы Арвяк-Рязь Башкирское уткэл — «проход», «переход», значив Уткаль-Таш-«Проходной Камень».

Шонкар, гора к Ю от горы Уткаль-Таш в верховьях реки Малый Кизил. От башкирского шонгкар — «сокол», «соколиный».

Крыкты-Тау, хребет почти меридионального направления между хребтами Куркак и Ирендык. С запада хребет ограничивается долинами рек Малый и Большой Кизил, которые затем обходят его соответственно с севера и с юга. Длина хребта — около 60 км. Наиболее значительная вершина хребта — гора Кара-Таш (1114 м)-«Черный Камень». Другие высокие вершины: Шершил-Тау (Шыршылы-Тау) — «Еловая гора» (1087 м), Ак-Таш-«Белый Камень».

По-башкирски хребет называется Кыркты-Тау, или Кыркты. Это название буквально означает «Он перерубил» («отрезал», «перерезал»), представляя собой одну из форм прошедшего времени от башкирского глагола кыркыу — «перерубить». Г. Е. Корнилов переводит — «Обрезанная (обрубленная) гора». Обычно в это выражение вкладывают такой смысл: протекающая вдоль хребта река Большой Кизил (Кызыл), круто поворачивая на восток между хребтами Крыкты и Ирендык, «перерезала» горы и вырвалась на степной простор. В конце башкирского сказания «Урал-батыр» мы встречаемся с этим же объяснением, но уже в поэтической форме: сын Урал-батыра богатырь Идель ударом булатного меча рассек большую гору, и ущелье стало называться Кыркты (а по ущелью и хребет). Возможно, как предполагает С. Ф. Миржанова, современная башкирская форма возникла на почве народной этимологии.

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» дается другое толкование от башкирского кырк — «сорок» в значении «много», «множество» и суффикса ты (тау) — «гора».

Курятмас, меридиональный хребет к В от хребта Крыкты-Тау (25 км к 3 от Магнитогорска). В краеведческой литературе название приводится в форме Кур-Ятмас с переводом «Тетерева не живут». Поскольку «тетерев» по-башкирски кор, а слово ятмас может рассматриваться как отрицательная форма причастия будущего времени от глагола ятыу — «лежать», «ложиться» («Тетерева не будут лежать»), этот перевод достаточно точен.

Ташты-Курятмас, меридиональный хребет к В от хребта Курятмас (23 км к 3 от Магнитогорска). Башкирское диалектное ташты — «каменный», следовательно, Ташты-Курятмас надо переводить «Каменный Курятмас» (см. Курятмас).

Магнитная, горный массив на левом берегу реки Урал на восточной окраине Магнитогорска, содержавший в прошлом богатые залежи железной руды — магнитного железняка, открытые в первой трети XVIII в. Массив вытянут с С на Ю вдоль Урала и окружен другими менее значительными вершинами. Самая высокая гора Атач (614 м), находящаяся в южной части массива, считается главной вершиной Магнитной. Это вполне согласуется с замечанием П. И. Рычкова в «Топографии Оренбургской губернии» о том, что Магнитная гора «по-башкирскому названию Атачи именуется». В некоторых источниках гора Атач назыт вается также Маячной.

Русское название массива (Магнитная) не требует каких-либо дополнительных разъяснений, напротив, значение коренного наименования (Атач) устанавливается с трудом. М. И. Альбрут, изучавший этот вопрос, отвергает предположение о связи оронима Атач с башкирским этэс, татарским этэч (добавим еще казахское этеш) — «петух», поскольку конфигурация горы не имеет сходства с петухом. Он предпочитает сравнивать название Атач с башкирско-татарским ат — «лошадь», ач (ас) — «голодный» («Голодная лошадь»), так как гора лишена растительности, и, кроме того, приводит легенду о башкирском богатыре Атаче, будто бы погребенном на вершине горы.

Легенда, конечно, как и во многих других подобных случаях — позднее измышление, а этимология Атач — «Голодная лошадь» неудачна, поскольку порядок ач+ат («Голодная лошадь») естественнее, чем ат-(-ач («Лошадь голодная»). Напротив, предположение о связи названия Атач с тюркскими словами со значением «петух», вопреки Альбруту, интересно. В звуковом отношении сравнение с татарским этэч безукоризненно (давно усвоенные имена во многих случаях татаризированы), а в отношении значения оронима надо иметь в виду, что по описанию 1901 г. (до интенсивных разработок Магнитной) гора Атач представляла собой узкий гребень длиною более версты. Сходство с петушиным гребнем, наблюдаемое под определенным углом, могло привести к появлению названия Атач — «Петух». Эта версия кажется поэтому более обоснованной.

Из названий других вершин массива (Березовая, Дальняя, Ежовка, Узянка) интересно только Узянка, которое связано с башкирско-татарским узэн — «долина», «долинный», «низменный».

Куйбас, горный массив к СВ от Магнитной с вершинами Большой и Малый Куйбас. В казахском языке кой — «овца», бас — «голова», следовательно, Куйбас — «Овечья голова». На характер гласного первого слога могло повлиять родственное татарское и башкирское слово куй — «овца».

Айдарлы, гора к ЮЗ от Магнитной. В казахском языке айдар — «чуб», «хохол», а также «возвышенность», «холм с конусообразной кучей камней наверху», айдарлы — прилагательное от айдар. По геоморфологическим наблюдениям 1901 г. гора характеризуется пирамидальной формой.

Кара-Адыр-Тау (Кара-Адыр), гора к ЮЗ от горы Айдарлы. В переводе с казахского языка «Гора с черной сопкой (возвышенностью)».

Кучайкина, гора к ЮВ от горы Кара-Адыр-Тау. От башкирского антропонима Кучэй, в русском усвоении — Кучайка.

Узун-Дзял (Узун-Зял), длинная гряда к ЮВ от горы Магнитной на правобережье реки Гумбейка. В казахском языке узын — «длинный», жал — «грива (лошади)», переносно «горная гряда», следовательно, Узын-Дзял — «Длинная гряда». Название точно передает характер объекта.

Ирендык (по-башкирски Ирэндек), иногда Ирендык-Тау, хребет в юго-восточной части Башкирской АССР на границе со степным Зауральем. Начинается на правом берегу реки Большой Кизил и кончается южнее города Баймак. Длина хребта-более 110 км. Северным продолжением Ирендыка за рекой Большой Кизил служат хребты Крыкты-Тау и Куркак. Затем еще дальше к ССВ между верховьями Уя и Урала мы снова встречаем хребет (приблизительно 15 км длиной), который называется Ирендык, а на картах — Малый Ирендык (см.). Поэтому может быть, что раньше коренное население считало хребтом Ирендык всю горную цепь, идущую параллельно Урал-Тау, но в 15-20 км восточнее.

Наиболее высокая часть хребта находится в центре против озера Талкас и называется по-башкирски Кара-Таш — «Черный Камень» (987 м). Из названий многочисленных вершин интересны: Таган-Таш — «Подставка-Камень» (ср. Таганай), Козгон-Таш-«Воронов Камень», Кэмэ-Баш — «Лодочная вершина» и Балта-Тау — «Топор-гора» (у нее, по описанию, продолговатая, острая и крутая вершина).

Название Ирендык загадочно. Его пытались сравнивать с башкирским йырын, йырынды — «овраг, прорытый водой», но это не подходит в звуковом отношении. В компоненте «дек» находили измененный древнебашкирский географический термин со значением гора (древнетюркское таг — «гора»).

Местные жители связывают название хребта Малый Ирендык с иренеу — «полениться» и рассказывают различные легенды, но все это явно из области народной этимологии.

Можно разложить это название на компоненты ир (тюркское «земля» или «герой») и ендык (в средне-тюркском было близкое по звучанию слово эндэк со значением «крыша»). В этом случае Ирендык — «Крыша земли». Для жителей зауральских степей такое восприятие, казалось бы, вполне возможно, однако и эта версия бездоказательна.

Любопытно, что И. И. Лепехин записал в XVIII в. название хребта в форме Ирентик, а П. С. Паллас упоминает название двух соленых озер близ Челябинска Ирентик-Куль, по-русски — Горькие озера. Однако название озер трудно сопоставить с оронимом.

В «Словаре топонимов Башкирской АССР» Ирэндек расчленяется на основу ирэн и суффикс дек — «гора». Основа ирэн сопоставляется с гидронимом Ирентик-куль и рекой Ирень, притоком Сылвы.

Карагай-Сусак, гора западнее хребта Ирендык в 20 км к ССЗ от города Баймак. В башкирском языке карагай — «сосна», сусак — «сопка», то есть «Сосновая сопка».

Аитуган, гора в вершине реки Кана, притока Белой, в 30 км на ЗСЗ от горы Карагай-Сусак.

Название горы может оказаться антропонимом, поскольку Айтуган, сын Касбулата, упоминается в шежере башкирского племени тамьян. Антропоним Айтуган означает «Родственник луны». Но вполне может быть и так, что перед нами чисто топонимическая метафора (ср. Таганай).

Ельбаш, гора на южном конце хребта Ирендык в 30 км южнее города Баймак. Возможно, в этом орониме сочетаются башкирские слова ел — «ветер» и баш — «голова», «вершина», то есть «Ветреная вершина». Название такого рода уместно для горы, находящейся на границе с открытой степью. В топонимии различных народов подобные названия встречаются часто, ср. знаменитый хребет Ветреный Пояс на северо-западе Архангельской области.

Чека, гора на левом берегу Урала в 50 км к В от Баймака. По-видимому, татаризированная форма казахского шокы — «холм», «бугор с остроконечной вершиной». У геолога XIX в. Г. П. Гельмерсена Кара-Чек (очевидно, казахское Кара-Шокы) — «Черный холм» (ср. Кара-Шокы, Мугоджары).

Ала-Байтал, гора на левом берегу Урала против устья реки Большая Уртазымка. Башкирское или казахсое название со значением «Пегая кобыла» (ала – «пегий», байтал — «неожеребившаяся кобыла»). Название отражает коневодческий быт тюрков.

Асафкина, гора к ЮВ от горы Ала-Байтал. От антропонима Асаф, который восходит к древнееврейскому источнику и проник в тюркские языки через арабское посредство. Его исходное значение — «Тот, кого прибавляет бог». Название горы образовано от русской формы Асафка.

Горы южнее широтного участка реки Белая и примыкающие к ним возвышенности (приводятся с 3 на В)

Общий Сырт, обширная возвышенность — водораздел Урала и Волги, представляющий собой мощный западный отрог Уральских гор. Наиболее значительная вершина — гора Медвежий Лоб северо-западнее Оренбурга (405 м). Топоним Общий Сырт употребляется уже П. И. Рычковым в «Топографии Оренбургской губернии».

Тюркское слово сырт имеет значение «вытянутая плоская возвышенность, образующая водораздел». Известный исследователь Южного Урала географ Э. А. Эверсманн в книге «Естественная история Оренбургского края» пишет, что Общий Сырт «образует на всем протяжении своем общее разделение вод, что означает и самое русско-татарское название. Все ручьи и реки, вытекающие на южном склоне Общего Сырта, идут в Урал; на северном склоне — впадают посредственно или непосредственно в Волгу».

Иначе толкуют это название Э. М. Мурзаев и В. А. Никонов: Общий Сырт длительное время не заселялся, но использовался как пастбище и казахами, и русским населением.

Наконец, в самое последнее время X. А. Самакаев из Оренбурга предложил еще одно решение. По его мнению, Общий Сырт занимает господствующее объединяющее положение среди других подобных возвышенностей (сыртов), известных под названиями Меловой Сырт, Средний Сырт, Синий Сырт.

Закономерностям возникновения топонимов больше отвечает точка зрения Э. М. Мурзаева и В. А. Никонова.

Маяк (Маячная), гора к 3 от Оренбурга. В «Топографии Оренбургской губернии» П. И. Рычкова эта гора названа Сырт, причем указывается, что на горе есть маяк. См. Маяк (Приполярный Урал).

Илекское плато, возвышенность широтного направления в междуречье Урала и его притока реки Илек (длина-более 150 км). Названо по реке Илек.

Боевая гора, гора на Илекском плато в 22 км к СЗ от города Соль-Илецка. Здесь в 1919 г. части Красной Армии сражались с белогвардейцами.

Туз-Тюбе, название гор близ города Соль-Илецка, содержащих огромное месторождение соли. В «Книге Большому Чертежу» 1627 г. написано: «пала в Яик, с левые стороны Яика, Илез река, ниже горы Тустеби, по нашему та гора Соляная: ломают в ней соль». В переводе с башкирского и казахского языков Туз-Тюбе — «Соляной холм», «Соляная гора».

Корсак-Бас, гора на левобережье реки Илек в верховьях реки Малая Хобда. Казахское карсак — «корсак (степная лисица)», бас — «голова», т. е. «Голова корсака». Эта крутосклонная характерной формы гора сложена красноцветными песчаниками. Отсюда и метафора.

Накас, меридиональный хребет на границе Башкирской АССР и Оренбургской области на правом берегу реки Большой Ик (к В от рабочего поселка Тюльган). Наибольшая высота — 667 м. Различают Большой Накас и Малый Накас. Здесь же река Накас, правый приток Большого Ика. Авторы «Словаря топонимов Башкирской АССР» сравнивают с башкирским накыс — «малый», «куцый».

Биш-Буляк, хребет между рекой Накас и притоками реки Тогустемир (бассейн реки Салмыш) к 3 от хребта Накас. В одной работе по геологии Оренбуржья есть и перевод этого названия — «Пять холмов». Более точный перевод — «Пять частей» (башкирское булек, казахское бюлек — «отдел», «часть»). Дело в том, что этот небольшой хребет расчленен на ряд холмов

Яман-Тау, горы на левом берегу реки Большой И к к ЮВ от хребта Накас. В переводе с башкирского языка — «Плохая гора», «Плохие горы».

Зилаирское плато, обширное плоскогорье в южной Башкирии между рекой Большой Ик, правым притоком Сакмары, и рекой Сакмарой. По названию правых притоков Сакмары рек Ялан Зилаир — «Полевой Зилаир» и Урман Зилаир — «Лесной Зилаир», пересекающих это плато с С на Ю, а также села Зилаир — центра Зилаир-ского района. Русское название отражает татарскую форму По-башкирски топоним звучит Йылайыр.

Дзяу-Тюбе, меридиональный хребет, идущий вдоль правого берега Зилаира, а затем вдоль правого берега Сакмары почти до ее поворота на запад у города Кувандыка. Длина — около 45 км, максимальная высота-619 м. Хребет примыкает на севере к обширному Зилаирскому плато.

Башкирские слова дзяу (в литературном языке яу) и тубэ означают соответственно «бой», «войско» и «холм», «вершина». Таким образом, Дзяу-Тюбе надо переводить — «Вершина, где был бой». В башкирских деревнях по Сакмаре рассказывают, что здесь в старину действительно проходило какое-то сражение, иногда добавляют, что бой был между башкирами и казахами. На Южном Урале много подобных названий: в Башкирии есть, например, гора Яугасты — «Войско отступило», а в Оренбургской области северо-западнее Соль-Илец-ка — Боевая гора (см.).

Русские называют Дзяу-Тюбе — Шайтан, или Шайтан-гора.

Губерлинские горы, невысокий, но длинный хребет (более 100 км длиной), идущий по правобережью реки Урал между городом Кувандык и рабочим поселком Ириклинский. Горы получили название по реке Губерля, рассекающей хребет на две части и впадающей в Урал Они упоминаются уже в трудах В. Н. Татищева, П И. Рычкова, П. С Палласа (XVIII в.).

Губерлинские горы вместе с левобережными возвышенностями соединяют собственно Урал с Мугоджарами.

Матвеев Александр Константинович

0
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
Генерация пароля
%d такие блоггеры, как: